— Ты из — за этого, дуру гонишь?

— Что за выражения, София Львовна! — с укором, в сторону мамы.

— Да ты, по другому, не понимаешь! Это из — за неё? — проницательный взгляд в мои глаза и ответ она, сама понимает, — Алекс! Береги себя! Ника учится, живёт пока у родителей. Берись за ум и позвонишь ей и обо всем поговорите.

Вот только внутри какая — то тревожность. Она сказала, что поговорит со мной, на следующий день, а я пропал на три дня. Что она подумает? Как всё не вовремя! Ника! Моя Ника! Мне бы хоть минут пять, чтоб все объяснить.

— Да как? Я пропал на три дня, а обещал ей позвонить! Даже предупредить не успел! Она сейчас надумает себе.

— Она тоже беспокоится! Коля, отец её, звонил твоему отцу, спрашивал! — улыбнувшись, произнесла моя мама.

— Что спрашивал? Мам, расскажи! — я непроизвольно взял маму за руки.

— Спрашивали где ты! Почему пропал? Ника с Ромой, не могут дозвониться!

— А отец? Что сказал? Он сказал, что у меня отобрали телефон! — я смотрел на маму и ждал своего приговора.

— Отец сказал, что ты учишься! Про телефон не говорил. Сказал, что ты жив и здоров. И позже свяжешься с ней! — улыбнувшись, ответила мама, — Папа тоже переживает за тебя, особенно после всего, что случилось с Костей. Ты у нас один. Береги себя!

— Мам, надеюсь, она правильно все поняла! — на радостях, я обнял маму, — Постараюсь, обещаю.

Поцеловал маму в щеку, быстро, но глаза её засветились.

— Ой, маменькин сынок! Какие нежности! — раздалось сбоку, язвительным тоном.

— Маркин, чего тебе ещё надо? Мало получил? — рыкнул я, сжимая кулаки.

— Алекс, не надо. Он специально тебя выводит! — мама положила руку на плечо, останавливая мой порыв.

— Никонов, а это твоя мать или мачеха? А то, вы тут зажимаетесь по углам, отец — то вкурсе? — с ухмылкой произнёс Никита.

— Урою тебя, дебил! — рванул я, в его направлении, но меня схватила мама за рукав.

— Алекс, не усугубляй свое положение! Сын! Я запрещаю тебе, стой! — закричала она, на весь коридор.

— Давай Алекс! Врежь мне, за свою мамашу! Мож, она и меня потом обнимет, пожалеет, — продолжает ублюдок.

— Иди отсюда, противный какой ребёнок! — мама рыкнула на Никиту, — Сын, не ведись! Пойдём на улицу, подождём отца там!