Дилан с трудом сглотнул, его лицо побледнело.

— Джули…

Она прервала его взмахом руки.

— Отец солгал мне, когда я лежала в больнице. Сказал, что я выдумала мамин рассказ, что она не пыталась меня убить, что у него не было романа, что все это неправда. Я хотела ему верить. Мои мама и сестра были мертвы. Он был всем, что у меня осталось. Но он солгал. А в прошлом году, после его смерти, я узнала, что он купил дом через дорогу, потому что там она была счастлива. Я прочитала правду в письмах, которые твоя мать писала ему, письмах, которые он не мог выкинуть, потому что она была любовью всей его жизни. Я, наконец, поняла, что вызвало нервный срыв матери. Это был ты.

— Что ты имеешь в виду?

— Ты заболел. Попал в больницу. Тебе требовалась кровь. Твоя мать продолжала звонить моему отцу, потому что у вас обоих была редкая группа крови. И чтобы спасти тебя, отцу пришлось сказать моей маме, что он ее предал. Из-за тебя моя семья распалась, и она пыталась убить меня. Ты — причина, по которой я оказалась в таком положении. Мой отец спас тебя, но не спас меня.

— Боже, Джули, пожалуйста. Подумай. Я был всего лишь ребенком, — воскликнул Дилан. — Я не выбирал родителей.

— Но они всегда выбирали тебя, — тупо сказала она. — Снова и снова. Я знала, что должна отыскать тебя, познакомиться, заставить заплатить. Поэтому наняла для поисков частного детектива. Устроилась на работу на телестанцию. Несколько дней считала, что ты вспомнишь меня и узнаешь, но ты едва взглянул на меня. Ты был настроен на то, чтобы стать суперзвездой. Я не могла смириться с тем, что у тебя такая хорошая жизнь. Это было несправедливо. Это просто было несправедливо.

Дилан облизнул губы. Бросил быстрый, умоляющий взгляд на Кэтрин, но та не знала, как ему помочь. И она боялась, что если встрянет между ними, то все станет только хуже.

Он снова повернулся к Джули.

— А как насчет моей матери? Ты знаешь, что с ней случилось? Знаешь, как она умерла?

Джули пожала плечами.

— Моя мать тоже ее убила. Однажды взяла ее с собой на лодку. Сказала ей, что хочет помириться, снова стать друзьями. Они дружили, знаешь ли, все они. Затем она столкнула ее с лодки и оставила посреди пролива. Два дня спустя она слетела с нами с обрыва. Это был ее последний поступок. Она хотела забрать у отца всех, кого он любил. Таково было его наказание. И мое.

Слова Джули прозвучали с чувством завершенности, словно она сказала все, что собиралась. Кэтрин вздрогнула, слишком поздно осознав на долю секунды, к чему все идет.

— Стой на месте! — Джули вытащила пистолет из-под одеяла у себя на коленях и прицелилась в Кэтрин. — Больше ни шагу.