Дилан опрокинул очередную стопку, отбросив нелепую мысль, что он завидует их счастью. Да, он любил своего брата, но сам о браке и семье он не мечтал, так как не собирался повторять опыт прошлых лет, когда ему пришлось расти в сломанной семье и при разбитом домашнем очаге. Хотя он абсолютно верил, что Джейк и Сара выше этого, что их история точно не закончится разводом и что они не откажутся от своей любви, как когда-то это сделали его родители.

Через открытые двери патио подул прохладный вечерний ветерок, вызывая мурашки на руках, но не ночной бриз нервировал его, а рыжеволосая красавица, которая скользнула на барный стул рядом с ним.

— Ты пьешь за счастье брата или что лишился в своей жизни очередного холостяка? — спросила Кэтрин Хиллиард.

Дилан положил рюмку на барную стойку. Кэтрин определенно похорошела с момента их первой встречи два месяца назад, когда помогала ему найти Сару. Сегодня на ее одежде отсутствовали брызги красок, да и вместо босых ног она была на очень высоких каблуках. На ней было великолепное, сексуальное черное платье с глубоким вырезом, подчеркивающим ее прекрасный бюст. Ему нравилось, как веснушки плясали у нее на груди, и у него внезапно возникло желание посмотреть, не покрывают ли веснушки все ее тело.

Он потянул за галстук, чувствуя стеснение в груди, едва непристойные мысли завладели его сознанием. Кэтрин была старой подругой его невестки и, как говорится, под запретом, не говоря уже о том, что она была слегка сумасшедшей с ее непонятной страстью рисовать мрачные картины и абсолютным убеждением, что она экстрасенс. Но, несмотря на ее эксцентричность, у Кэтрин было большое сердце и стойкая преданность своим друзьям, что он нашел особенно привлекательным.

— Привет, — позвала его Кэтрин. — Ты пялишься.

— Ты сногсшибательна! — произнес он, не в силах остановить вырвавшиеся слова.

— Неплохое начало для разговора, — улыбнулась ему девушка. — Такая прекрасная свадьба, не так ли? Джейк и Сара невероятно подходят друг другу. Думаю, они поймали удачу за хвост.

— Удачу? Какое завышенное одобрение! — сухо произнес он, при этом услышав ту же ноту цинизма, что проскочила в его голове.

Кэтрин пожала плечами.

— Я видела не так много счастливых браков, но раз кому-то удается стать счастливым, значит, и у других есть шансы.

— Ну, и как ты? Много рисовала?

— Каждую ночь. Даже тебя нарисовала. То еще было задание.

— Шутишь? — удивился он. — Могу я увидеть картину?

— Возможно, когда-нибудь, — ее улыбка стала шире.

— Но я не часто заглядываю на побережье. — Кэтрин жила в Сан-Луис-Обиспо, в трех часах езды от его места обитания в Сан-Франциско, где была хорошая буферная зона. Он должен был признать, что за последние шесть недель она не раз приходила ему в голову, но, к счастью, он был занят работой журналиста-расследователя для новостей телевизионного канала KTSF в Сан-Франциско.