— Уже написал. Пойдем отсюда. Хочу хороший кофе.

Мы спустились вниз, держась за руки. На нас оглядывались — недели оказалось недостаточно для того, чтобы все привыкли, но сейчас меня не трогали любопытный взгляды.

Что будет дальше? А я ведь ни разу не спрашивала его о планах после универа. А что будет у меня? Еще полгода впереди, мы только начали встречаться и глупо, наверное, придумывать нам общее будущее. От этих мыслей больно закололо в груди, я чуть сильнее сжала руку Ильи, словно боялась ее потерять.

Архангельский почувствовал мою нервозность, заставив остановиться, внимательно посмотрел в глаза и спросил.

— Что случилось?

Я чуть было не выложила ему все — про Универсум и Дину, про папу и Жюли, про то, что очень хочу уехать на стажировку, но не представляю как буду там без него.

Что влюбилась в него!

Вот тут меня как ледяной водой окатили — влюбилась. Ну уж нет! В этом я пока не готова признаться. Совсем нет!

— Ален? Все хорошо?

— Д-да, нормально… Просто задумалась.

— О чем?

— О будущем. Что делать будешь после защиты? Пойдешь работать? Или может в аспирантуру?

Илья ответил сразу, не особо раздумывая.

— Есть кое-какие планы, но я пока не решил. А ты?

— Не знаю. Сейчас надо сессию сдать сначала.

Архангельский кивнул и расспрашивать ни о чем не стал. Он отвел меня в кофейню, которая располагалась довольно далеко от нашего универа.

— А здесь уютно. Никогда не была раньше.

Честно говоря, когда я увидела на стене за барристой цены, написанные мелом на стене, подумала, что заведение это явно не для студентов. Тут оказалось даже дороже, чем «Золотой Лилии». Но атмосфера была совершенно особенной, романтичной и… интимной. Здесь даже столики были расположены так, что тебя никто не видит кроме того, кто сидит напротив.

А еще негромко играла музыка — любовные хиты в инструментальной обработке. Вроде понимаешь, что в кафе много людей, но чувствуешь, что эта мелодия только для тебя. И для него.

Илья сделал заказ, взяв нам не только кофе, но и шоколадный торт с орехами, с которого я не сводила взгляда, пока мы стояли в небольшой очереди.