Даже во рту пересыхает от страха.

- В гости к тете.

- Родишь, тогда едь, куда хочешь. Немного осталось.

- Послушайте, нельзя разлучать мальчиков.

- Это не тебе решать. Договор подписан.

- Возьмите двух мальчиков. Если у вас есть деньги, то какая разница один или два. Я могу быть няней у них, если сложно.

- Катерина, мне нужен один ребенок. Судьба второго меня не волнует. Еще будете пробовать сбежать, придутся ограничить вашу свободу более жестко. Я предупреждаю один раз.

Звонок обрывается.

Дальше живу в постоянно страхе. Меня никуда не выпускают, врач приезжает сам. Мужчина. Делает все как робот. Безэмоционально. Но все же осмотр меня он делает без свидетелей. Это мой шанс и однажды я подсовываю ему записку. Рассказываю все. Не знаю зачем. Поддержка, наверное, нужна.

Начинаю ждать встреч с ним каждый раз. Понемногу общаемся записками. Сначала больше о том, что произошло. Потом о себе. И вот в какой-то момент он уже становится кем-то знакомым и родным, хоть голоса его никогда не слышала, хоть только черты лица знаю и руки сильные, когда обследует меня.

В больницу меня кладет, но срок родов ставит заведомо позже. За несколько дней до этого начинает стимулировать роды. План прост. Родить раньше срока и исчезнуть. С двумя мальчишками. Сложно будет, но еще сложнее жить и знать, что я фактически продала одного из своих сыновей.

… Не больно …Уже не больно …Но как-то тяжело внутри …Хочется глаза открыть, а сил нет …Слабость дикая …Тяжелые роды …Что-то пошло не так.

- Какой ребенок родился раньше? – Слышу где-то рядом, как будто вокруг меня, везде, этот голос.

- Десять по шкале апгар. Он крепыш. Второй немного слабее. Но тоже без патологий.

А я хочу закричать. Остановить этот аукцион. Как можно?! Я не могу. Проваливаюсь в сон, а когда просыпаюсь уже в палате.

Солнечный свет так приятно заливает воздух. Так спокойно и уютно. Поворачиваю голову и вижу своего мальчика. Сморщенный еще, черные волосики виднеются из-под пеленки. Мой. Палату быстро осматриваю. Привстаю. Надежда, может второго просто забрали куда-то… Но кроватка одна. Признаков того, что тут есть и второй ребенок нет. Его забрали. Отобрали. Как и было указано в договоре.

Врача моего нет. Несколько дней нет. Пыталась спросить, но никто ничего не говорит. А если его уже и в живых нет…

Он появляется резко, неожиданно, ночью будит меня.

- Кать, это я, - целует и обнимает. Лицо его ощупываю в темноте и понимаю, что оно в ранах, шрамах. – Как ты?

- Где ты пропадал, что случилось?