Я не знаю, где работают остальные родители и почему они освобождаются так рано, но у меня смена до восьми. Иногда, когда клиентов немного, как сегодня, я закрываю цветочный салон раньше и иду за Катей. Перед праздниками просто забираю дочку, и она ждет меня в салоне. Начальница не любит детей и посторонних на рабочем месте, считая, что они только мешают. Но даже несмотря на  запреты, я все равно это делаю, потому что больше забрать Катю некому. 

Через десять минут я вхожу в здание сада еще советских времен. Иду по полутемному коридору, вдыхая аромат творожной запеканки и кофейного напитка, что были на ужин. Только детсадовские повара умеют так готовить.  Вкус помнишь всю жизнь. 

Открываю дверь в раздевалку нашей группы и вижу свою зайку уже в куртке. Сидит одна на лавочке и сминает в руках рисунки. Опять последнюю ее забираю. 

Увидев меня, Катя тут же встает и, улыбаясь, бежит ко мне, обнимая за коленки. Наклоняюсь, целуя в теплую макушку, а потом в нежную щечку. 

- Готова? - спрашиваю у дочери, а она кивает в ответ. 

- Здравствуйте, Онежа Алексеевна. Катя последняя. - Смотрит с укором воспитательница. Если бы не мы, она была бы уже дома. 

- Здравствуйте, Виктория Игоревна. - Ругаться с воспитателем я не хочу, но и делать так, как ей хочется, я тоже не буду. - Я работаю и не могу забрать Катю ,тем более что сад официально еще работает. 

Одеваю Кате шапочку с пушком и поправляю шарф. А воспитательнице и сказать нечего.  

- До свидания, Виктория Игоревна. - Складываю Катины рисунки в сумку и забираю дочь из группы. 

- До свидания, - слышу в спину недовольный голос. 

На выходе из сада подхватываю Катю на руки, чтобы не намочила ноги в осенних ботинках, и несу домой. 

- Ты уже тяжелая у меня, далеко и не унесешь. Кушать хочешь? - Дочка машет головой из стороны в сторону. Я специально задаю ей много вопросов и разговариваю, надеясь, что в какой-то момент она заговорит,захочет ответить мне. 

У меня было подозрение, что у нее аутизм, но все остальные показатели в норме, как у обычных детей. Психолог это объяснил каким-то блоком, но каким, он сказать не может. Кто-то или что-то спровоцировало ее молчание.   

- Когда же ты уже заговоришь со мной? Я же так тебя люблю. И не обижу никогда, всегда с тобой буду. Давай ты мне буквочками напишешь, что не так, а я тебе помогу. 

Моя девочка утыкается мне  прохладным носом в щеку и шумно дышит. 

Я не идеальная мать. Не всегда забираю ее во время, потому что не могу заменить ей папу. Не всегда покупаю ей те игрушки, которые она хочет. Иногда срываюсь, когда чувствую, что дорога жизни не просто идет в гору,  а еще и спускает с этой горы череду булыжников, чтобы сбить  с ног.