Я брыкаюсь.

— Отпусти меня! Помогите!

Но на пустынной стоянке некому мне помочь…

Он накрывает мой рот ладонью. Я кусаю его руку. Сильно! Но он этого как будто даже не чувствует. Заталкивает меня в машину и блокирует дверь.

За рулем его водитель.

— Помогите! — пытаюсь вопить я.

Но мясистый затылок сидящего впереди мордоворота никак не реагирует на мои вопли. Чего и следовало ожидать…

Я на коленях у Волчары. В тисках его рук. Юбка задралась, блузка перекрутилась, волосы запутались и упали на лицо.

Но страшно не это. А чувство полной и абсолютной беззащитности. Он может сделать со мной все, что захочет…

Машина трогается.

— Куда мы едем? — пищу я.

— В мою берлогу.

— Зачем? — задаю я глупый вопрос.

Он ухмыляется.

— В шахматы будем играть.

Мне становится еще страшнее… И от его волчьей ухмылки. И от этого жуткого иносказания. Шахматы… я даже думать боюсь, что за шахматы меня ждут.

Я понимаю, что мне не вырваться. Но не могу просто сложить лапки и сдаться. Я пытаюсь расцепить лапы Волчары. Кусаю и царапаю его.

Но в ответ он только сильнее вжимает меня в себя. И то огромное, что прижималось ко мне еще на стоянке, как будто становится еще больше…

— Будешь ерзать и возбуждать меня — начнем партию прямо здесь, — рычит мой похититель.

И я чувствую, что он не шутит. Я очень хорошо это чувствую…