— Я разумный будущий отец. Мне главное, чтобы ты была в безопасности. Готов на любые замены, где риску буду подвергаться только я.

— Но ты ведь правда боишься высоты. Мне Михей сказал.

— Пофиг. Надо — прыгну.

Я смотрю на него — и меня захлестывает волна нереально сильной и глубокой нежности. Такой, что даже на глаза наворачиваются слезы.

— Варлам… я так люблю тебя. И я такая вредная зараза.

— Ага. Ты у меня самая-самая. Вреднючка.

Да не хочу я летать на воздушном шаре! Сама не знаю, зачем пристала с этим к Варламу.

А он такой терпеливый со мной. Так спокойно и невозмутимо воспринимает все мои заскоки и капризы… Только иногда хмурится и задумчиво сдвигает брови.

И тогда я целую его в морщинку между бровей. И он сразу становится таким удивленно-счастливым… Все время повторяет, что не может поверить в свое внезапное счастье.

Я тоже не могу! Иногда мне кажется, что это все сон. Слишком быстро все случилось. Слишком неожиданно и стремительно на меня обрушилась прекрасная счастливая жизнь.

Через неделю я буду женой лучшего мужчины на свете.

А через восемь месяцев — мамой.

С ума сойти…

* * *

— Он такой взрослый, — говорит мама. — И еще…

Она мнется.

— Страшный? — подсказываю я.

— У него все руки в татуировках!

— И не только руки.

Мои родители, ошарашенные двумя потрясающими новостями — о моей беременности и о скорой свадьбе, приехали к нам в гости. Вид Варлама их, мягко говоря, удивил. Но заговорить об этом мама решилась только сейчас, когда мой будущий муж уехал по делам.