Утром воскресенья она ушла в общежитие, отказавшись от Катиного сопровождения. Мол, сама справлюсь. Спросила только, где продуктовый магазин.

Утром позвонила Ирина Леонидова, жена старпома. Сказала, что она в Мурманске. Спрашивала деликатно, не надо ли чего. Катя опомнилась. Утка же! Вечером Ира занесла купленную птицу. Осталась на кофе с брауни. Пришла Света Никитенко. Потом и Вашкина усталая, но явно довольная собой, присоединилась к компании. Просидели допоздна. Разошлись по домам, чтобы следующим днем снова увидеться.

Свету Вашкину на причал Катя привела за руку. Та явно стеснялась. — Свет, прекращай. Все и так знают, что ты девушка Артёма. — Откуда? — От верблюда! Ты не помнишь, как летом на балу появилась? — Помню, конечно. — А как уходила? — Честно? Смутно. Но отлично помню, что было потом, — пыталась шутить Света. — Смотри. "Разящий". — Куда? Кать, куда? Где ты видишь? — Воот туда! Видишь? Ещё минут десять. И будут здесь, — Катя оглядела встречающих. В толпе увидела Веру Морозову из одиннадцатого класса. — Верочка, а ты кого встречаешь? — аккуратно спросила. — Андрея, — Вера спрятала глаза, — Старшего лейтенанта Попова, — уточнила, — Только, Екатерина Александровна, Вы маме не говорите. Кате оставалось только понимающе кивнуть. Вере семнадцать. — Я не скажу, Вер. Но тут народу полно. Мама всё равно узнает. — Мне в феврале уже восемнадцать. — А мне двадцать в феврале, — улыбнулась Катя. — Ой, смотрите, вот они! "Разящий" стремительно шёл к берегу. Другие корабли арктической группировки тоже показались на рейде.

Катерина уже не удивилась и не испугалась своей реакции на появление корабля. Сердце часто забилось, щеки стали пунцовыми. Взгляд будто ниточку протянул к глазам цвета северного зимнего моря. Ещё далеко, видно только фигуры. Но Катя знает, кто из них Вадим. И чувствует, что тот уже нашёл её взглядом на причале.

Когда загрохотали трапы, Катерина уже стояла с подносом. Запечённая рано утром утка на новом, специально для этого купленной подносе. Не одалживать же каждый раз у Никитенко. Одобрительные взгляды жён офицеров давали дополнительные силы. Она не одна. Вот их сколько. И каждая сейчас видела из всех только одного мужчину. Своего.

Рядом с Катериной буквально лихорадило Свету. Она никак не могла найти Артёма. — Кать, а Тёмы нет почему-то… Кааать, — жалобно проговорила. — Ты не туда смотришь. На борт смотри. Вон Максим и Артём рядом. А тот усатый — это Виталий Егорович.

Света замерла. Артём её увидел. Она это знала точно. Звук военного оркестра исчез. Куда-то подевались голоса вокруг. Остались только любимые глаза. Ничего больше. Только обжигающий взгляд голубых глаз. Бешеная энергия, в которую хотелось нырнуть. Слезы покатились. Ветрова буквально всунула ей в ладонь платок.