Она хмурится и хватается за свой телефон, несомненно для того, чтобы выключить геолокацию. Я наблюдаю за ней, уперев руки в бедра. Зои сидит на моем диване, в моей одежде, а на ее покрасневшей лодыжке лежит полотенце со льдом.

Ей повезло. Могло быть намного хуже.

– Поверить не могу, что ты ушла и не предупредила меня. После всего, что ты вчера рассказала…

– Я должна была с ним увидеться, – вздыхает она. – Прости, что соврала, но иначе бы ты захотел пойти со мной, а это бы абсолютно ничего не решило. Скорее наоборот.

Я качаю головой, дрожа с головы до ног. Нужно позвонить в полицию. В противном случае он не оставит ее в покое, я уверен.

– Он может снова доставить тебе проблем?

Я жду, что она обернется ко мне, но она не оборачивается.

– Нет. Думаю, он все понял.

Этого не хватает, чтобы я перестал нервничать. Но она отказывается вызывать копов, и мы оба знаем, что она возненавидит меня, если я сделаю это вместо нее.

– Зои.

На этот раз она переводит на меня взгляд. Я, как никогда, серьезно заглядываю в ее глаза и жестко произношу:

– Никогда больше так со мной не поступай.

ЗОИ

Никогда в жизни я еще не чувствовала такого облегчения. Впервые за долгое время я не вижу нависшей надо мной тени брата. Я все еще не сказала Виолетте о том, что мне нужно переехать, но уже начала просматривать сайты недвижимости.

Мне все равно больше нечего делать.

После того как я отдала все, что у меня было, Брайану, что мне остается? Без стажировки или итогового проекта мне не закрыть учебный год в ЭСМОД. Я скрываю это от своей лучшей подруги, потому что не хочу ни отвечать на вопросы, ни нервировать ее.

Что касается Джейсона… Скажем так, он не спускает с меня глаз. Это цена за то, что я отказалась засадить брата за решетку. К слову, о птичках. Последний за всю неделю прислал мне лишь одно сообщение: «Мне очень жаль». После двух часов рыданий я решила заблокировать его номер.

Сегодня мы с компанией ужинаем в ресторане. Виолетта выглядит ничуть не лучше меня.

– Что нового, Итан? – спрашивает Лоан на входе.