Стейша нахмурилась.

— Да, мне знакомо это чувство.

Брайна взяла сумку и вышла из квартиры. Она желала, подарить подругам нашли тоже самое, что было у них с Эриком. Это было бы её подарком им, но Брайна боялась, что они не смогут найти этого с Нилом и Пейсом. Им обеим нужен тот, кто сможет любить безоговорочно. Никаких секретов. Никакого отвращения к образу жизни друг друга. Никакого вранья.

Она была на полпути к Эрику, когда у неё зазвонил телефон.

— Алло? — Ответила она не узнав номера.

— Брайна?

Её сердце пропустило удар. Хью.

— Привет, — прошептала она.

Она не ожидала его когда-либо ещё услышать. Брайна думала, что когда отдаст деньги на благотворительность, последняя ниточка, соединяющая их, будет оборвана. Она попросила директора не вносить её имя ни в какие документы. Это было не её пожертвование. Оно было Хью. Она просто передала деньги.

— Я только что получил написанное от руки письмо от руководителя научно-исследовательского центра рака молочной железы Лас-Вегаса.

— Правда? — Сглотнула она.

Он знал. Он знал, что это именно она сделала это пожертвование. Брайна не понимала почему она так разволновалась. Конечно он всё понял. Кто ещё мог пожертвовать такую сумму денег от его имени? Она должна была догадаться, что центр отправит ему что-то после такого огромного взноса. И стоило ожидать, что он сложит одно с другим, и догадается, что это была она. Брайна сходила с ума думая, какой же будет его реакция.

— Тут сказано, что я сделал пожертвование в размере полтора миллиона долларов, — он закашлялся, а потом прочистив горло, продолжил. — В память о моей жене.

Он закашлялся? Она не знала, что сказать. Брайна не ожидала, что он позвонит, и теперь просто оцепенела.

— Это ты сделала? — Спросил он.

Всё внутри оборвалось. Он расстроен. Должно быть сердится на неё. Возможно, он подумал, что Брайна таким образом хотела осквернить имя его жены. Она совсем не этого добивалась. Чёрт! Она думала, что поступает верно.

— Да. Да, это я, — сумела выдавить она. Сделав глубокий вдох, продолжила. — Мне жаль, если ты не одобряешь мой поступок, или чувствуешь себя обиженным. Я больше не могла хранить у себя деньги или драгоценности, или что бы там ни было ещё. Для меня это было неправильно. Т.к. ты не принял деньги, мне хотелось отдать их на доброе дело, и это был единственный известный мне способ, чтобы сделать всё правильно.

— Я не злюсь, — мягко ответил он.

— Оу.

— Тронут, если быть точнее.