Ему не терпелось сорвать с нее летнее платье. То, что ощущали его ладони, вызывало восхищение. Упругость и манящая мягкость женского тела возбуждала фантазии. Он жаждал увидеть её, почувствовать изнутри. И стоило двери роскошного номера за ними закрыться, как девушка спрыгнула с его бедер и с чертовски возбуждающей медлительностью сбросила платье к своим ногам. Её грудь была настоящей. Скромной, упругой, но настоящей. Плоский животик напрягся, когда она, издав короткий, но добрый смешок, склонила на бок голову, наблюдая за молчаливым удивлением в мужском взгляде.

Он прильнул к ней, вжал в стену, расставив по обе стороны руки. Жадные и влажные поцелуи уносили обоих так стремительно и далеко, что никто не услышал трезвонящий телефон в женской сумочке. Они наслаждались друг другом, пробовали на вкус и мир вокруг, казалось, остановил движение. И, скорее всего, это действительно было именно так.

1

1

Виктория

2 года спустя

Чемоданов оказалось намного больше, чем рассчитывал Стефан. И хотя его прельщало, когда внимание окружающих было приковано к его эффектной и роскошной девушке, он уж очень сомневался, что она успеет надеть всё, что есть в этих чемоданах. Отдых-то продлится не дольше двух недель.

– Я готова, – ласкающим голосом сообщила ему Виктория. Прильнув к нему, она оставила на его губах продолжительный и весьма завлекающий поцелуй. – Можем ехать.

– А можем? – хитро улыбнулся Стефан.

Виктория бросила неспешный взгляд на настенные часы, а потом провела пальцем по мужским губам и прошептала:

– Можешь взять меня прямо на этом столе. Но у тебя не больше пяти минут.

– Да это же целая вечность!

Скоротечность постельных утех в их со Стефаном отношениях она никогда не считала тем внушительным минусом, который рано или поздно испортит их союз. В отличие от её подруги Жасмин, которая ко всему прочему была ещё и сводной сестрой Стефана, но умела держать язык за зубами и дружбу ставила во главе общепринятых ценностей. Виктории редко удавалось достичь оргазма со Стефаном. И вовсе не потому, что он делал что-то не так или отличался недостаточной для нее сексуальностью. Как раз наоборот, Стефан будто изучил всю (если бы таковая существовала!) литературу о её теле и возникающих в момент возбуждения фантазиях, которые ей непременно хотелось воплотить в реальность. Да и собой Стефан был слишком хорош, чтобы она позволила себе усомниться в его привлекательности. Единственное, чего ему никогда не хватало, так это времени. Всё, как и сейчас, всегда начиналось должным образом, уверенно и стремительно. Ему достаточно было оставить жгучий шлепок на её бедре, как Виктория тотчас заводилась. Опасаясь скорейшего завершения их внезапного совокупления, Виктория, как и всегда, представляла их со стороны, будто смотрела домашнее видео. Такое моментально приближало к оргазму, который она непременно желала ощутить. Стефан увеличивал темп, сжимал в ладонях её грудь, а потом… как и всегда, издавал привычный глубокий стон, после которого непременно кончал. Как и сейчас.