Вадим хмурит брови, открывает папку и тяжело сглатывает, метнув в меня шокированный взгляд.

— Нет, что вы. Мой брат слишком предсказуем и любит меня. Все пароли составлены из цифр даты моего рождения, — пожимаю я плечами. — Что там в папке?

— Ярослава… — он так тяжело вздыхает, будто сейчас начнет отчитывать за самодеятельность. — Ты моё самое настоящее сокровище, — шепчет он, — это мое дело, то, с которым меня можно посадить на цепь, как и сделал Андрей. Ты не представляешь, как помогла решить сразу несколько проблем! — Вадим листает бумаги, убеждаясь в том, что это нужные ему бумаги.

— Как эта папка оказалась у Андрея? — спрашиваю я парня, который задумчиво поджимает губы, покачав головой.

— Это уже неважно, — качает он головой, очевидно не желая разговаривать о моем брате. — Главное, что теперь у Андрея на меня нет никакой управы, и он не сможет ничего предъявить в случае обвинения, — парень откидывается на спинку кресла. — Гребанная справедливость… Эта сука всё-таки существует!

— Не зарекайся, — неожиданно говорит мужчина, отставляя почти пустую чашку на поднос. — Мне уже пора идти, дел по горло. А ты держи меня в курсе своих планов, чтобы мои ребята прикрывали твою задницу, — мужчина предупреждающе смотрит на Вадима, а затем поворачивается ко мне. — Ты тоже не глупи, Леди. Может, мои парни и грубые раздолбаи, но очень ценят свою работу и будут вас защищать до последнего.

— Спасибо, Кирилл, — киваю я. — До свидания.

— Проводи меня, — он хитро поглядывает на парня, медленно обходя мебель, держа путь на выход.

— Я проведу, — говорит мне Вадим, удаляясь за Кириллом.

Ясно, у них намечаются мужские секреты, которые нельзя подслушивать такой девчонке, как я.

***

Вадим не отходит от меня ни на минутку, наслаждаясь нашей близостью. Он словно решил вообще не вспоминать, что нам угрожает опасность, замуровавшись в этой квартире вместе со мной, как в настоящую башню.

Мы смотрим несколько комедий подряд на тесном, но очень удобном диване. Он заливисто хохочет, заражает меня своим настроением, заставляя на время отпустить негативные мысли. Его глаза блестят, руками он гуляет по моему телу, иногда проникая к обнаженной груди или поглаживая бедра. А мне хорошо от того, что он просто рядом.

Но в какой-то момент мне становится невыносимо тяжело только от одной мысли, что будет, если Гордеевы нас поймают. Плевать, что будет со мной… Что будет с ним? Я не смогу пережить, если с ним что-то случится…

Мне страшно, что он умрет на моих руках, защищая меня…

Я знаю Виктора, этого кровожадного монстра. Ему доставят удовольствие мои мучительные крики безысходности и боли. Я знаю Максима, как он ревнив и не прощает измен, наказывая болезненно, ломая меня и загоняя в свою клетку тирании.