– Переезжаю? С чего ты взял?

– Ну, судя по внушительных размеров чемодану, ты по меньшей мере пол квартиры с собой везёшь? – киваю на стоящий рядом с её стулом чемодан.

– А ты всё тот же, – улыбается. – Всё также иронизируешь на каждом шагу. Знаешь, я всегда любила твоё чувство юмора. Не смотря на щедрую порцию сарказма, оно у тебя отличное.

– Ваш заказ. Приятного аппетита.

Официант выставляет перед нами чашки. Отпив глоток, слежу за тем, как Карина снимает с кофе верхний слой сливок и очень медленно слизывает их с ложки, прикрыв глаза с нарощенными ресницами.

Звездец, твою мать. Ну чисто театр одного актёра. Карина в этом плане не изменилась ни на грамм.

Когда мы были в браке меня это даже вставляло. Её всегда идеальная внешность. И поведение это с вечными заигрываниями. Она всегда держала меня в тонусе. И, может, любви между нами не было, но она никогда не давала моему мужскому интересу затухать.

Почему-то в этот момент ловлю себя на мысли, что Инна совсем другая. Совсем. Сейчас мне кажется странным, что я вообще когда-то мог сравнивать её со своей бывшей женой.

Сейчас, смотря на Карину, мне даже внешне они больше не кажутся похожими. Да, обе блондинки, обе голубоглазые. Но взгляды совершенно разные.

Карина смотрит хищно. Словно охотится на тебя, как на дичь. Даже гипотетически я не могу представить, чтобы Инна так на меня смотрела. Или на кого либо другого.

Чёрт, да от одной только мысли, что она когда-нибудь так на кого-то посмотрит, у меня внутри всё закипает.

– Ну, рассказывай, Глеб, – долизав ложку и не получив на это должной реакции, Карина откладывает её в сторону и, закинув ногу на ногу, расслабленно откидывается на спинку стула.

– Что именно? – усмехаюсь, следя за тем, как у неё с ноги как будто бы случайно спадает босоножка. Карина тянется за ней ступней и словно “невзначай” касается пальчиками ног моей икры.

И в этот момент отчётливо понимаю, что всё. Не вставляет. Даже чисто по мужски, сугубо на физическом уровне. Не торкает.

– Ну как что? Как ты? Что ты? Как живёшь? Глеб, мы всё же восемь месяцев с тобой не виделись…

– Надо же, целых восемь? Ну тогда по моим подсчётам ты как раз должна была только-только родить. Ведь, если мне не изменяет память, ты была беременна, когда мы разводились. Отлично выглядишь, кстати. Для только что родившей.

– Перестань, Глеб. Ты ведь прекрасно знаешь, что у меня был выкидыш, – хватает со стола салфетку и, сделав прискорбное лицо, промакивает ей абсолютно сухие глаза.

– А, ну да, точно, – ухмыляюсь. – Ну, смотрю горевала ты, как всегда, не долго.