Осталось только поменять того, с кем жить. А вот тут мне пока ничего не ясно. Думать надо. И держать ухо востро. Сейчас с этими делами расхлебаюсь, отдохну от душевных мук и займусь своей жизнью вплотную. Наверное, нужно было пострадать. Иначе не поняла бы, что не с тем человеком живу. Не на того время свое трачу. Не тому любовь свою отдаю…

На работе первым делом взяла себе кофе с пирожными, открыла ноутбук и засела изучать присланные мне Максом сведения. Четко работает Макс. Обещал за три дня нарыть информацию. Столько всего нарыл, что долго разгребать придется. Накопилось неизученной инфы валом. Поэтому и очнулась я только после того, как уборщица и посудомойки заглянули ко мне в кабинет, чтобы попрощаться и напомнить про время.

Время пролетело незаметно. И даже мысли не промелькнуло про своего мужа. Глядишь, и позабуду про неверного супруга. И хорошо бы. А то надоело страдать. Мало того, я заметила, что эта моя неопределенность всем нервы трепет. Вроде с кислой миной я одна тут должна ходить. А почему-то у всех лица скуксились. Значит, порчу всем настроение.

– С этой проблемой надо срочно что-то делать. Соберись, тряпка. Хватит ныть. Нас ждут великие дела! – сказала сама себе. А сама закрываю дверь в кафешку.

– Ира, с кем ты там разговариваешь?

– Сама с собой.

– Это же явный признак сумасшествия.

– Вот с тобой, Петруха, точно с ума сойти можно. Сколько раз говорила не подкрадываться так тихо.

– Да я не подкрадывался. Я вас давно зову. Вы просто в себе были.

– Ну а теперь вышла наружу. И у нас много дел.

– Куда теперь полезем? В нас будут стрелять?

– Размечтался. Максимум по шее надают. И то навряд ли.

– Почему?

– Мы с тобой – недостойный объект для приложения физических усилий. Ты у нас подросток по паспорту. Да и по внешнему виду тоже. Я подростком кажусь из-за внешности своей. Мелкая пигалица. Такую даже бить страшно. Вдруг прибьют ненароком. Малышня мы с тобой. А что делают с малышней, которая лезет, куда не просят?

– Подзатыльники раздают и матерят.

– Не весь арсенал ты перечислил. Главное забыл. Пендели под тощий зад. Это самое главное оружие против подростков нахальных и любопытных… Стреляют пусть в людей серьезных. А на нас даже патроны жалко. Се ля ви, мон шер…

– Так это же хорошо.

– А кто говорил, что плохо. У нас с тобой сейчас самая выгодная возрастная позиция для наших дел. Нас всерьез никто не воспринимает. Внимания на нас не обращают. Шастают здесь какие-то подростки, и что с того? Они везде шастают. Нигде от них спасения нет. А наделать мы много чего можем. У тебя так вообще привилегированное положение.