— Нисколько, — ответила я, уставившись на дверь, за которой я пряталась, когда на нас напал маньяк.

— Боишься потерять фигуру?

Я кивнула, оглядываясь по сторонам, всё больше погружаясь в тот день.

— Тебе это не угрожает.

— Кто мне угрожает? — повернулась я к нему, будучи погружённая в собственные мысли.

— Ожирение.

— Мне угрожает ожирение? — не понимая, уставилась я на него.

— Нет, я не об этом, ты бы заценила мой комплимент, если бы соизволила послушать меня, — обиженно он взялся за ручку чайника. — Но ведь я не Кевин с Филом.

Пока мы ехали до его дома я всё пыталась объяснить ему, что это нормально обниматься с друзьями. И даже целовать друзей в щёку тоже нормально. Я знала, что, увидев Тони в объятиях двух девиц, которые пытаются поцеловать его, отреагировала бы точно так же, но всё равно оправдывала себя перед ним.

— Ты прав, — присела я на диван, решив принять другую сторону, более честную и правильную. — Мне стоило сказать Кевину, что нельзя так делать, потому что я встречаюсь с тобой.

— Ого, — он улыбнулся. — Ты признала свою ошибку.

— А не слушала я тебя потому, что это место напоминает мне о том, что когда-то на меня напали.

Тони присел рядом, вручив мне в руки горячую кружку чая.

— Я больше кофе люблю, — сказала я.

— А раньше нельзя было сказать?

— Всё нормально.

Его рука оказалась на спинке дивана, и медленно передвигалась к тому, чтобы оказаться на моих плечах.

— Было глупо с моей стороны звать тебя сюда, — сказал он. — Я даже и не подумал, что здесь у тебя остались плохие воспоминания.

— Мы можем оставить хорошие, — улыбнулась я.

И потом мы долго целовались. С ним было так хорошо, что мне казалось, большего и не надо. Лишь бы каждый день просыпаться, чтобы просто переживать каждое мгновение дня. Пусть брат почти не пишет мне, но он же иногда отвечает, и мы знаем, где он сейчас. Пусть Эрики нет рядом, но ведь она вернётся. Пусть по городу ездит маньяк, но он слишком долго не давал о себе знать, так что можно было считать, что в жизни всё стало налаживаться.