Когда вместе родинки нет, а в душе или после, родника есть. Я моргаю, часто. И опять прокручиваю в голове все моменты с ней вместе. Сейчас она стоит с родинкой, рядом с сестрой, обе заметно волнуются. Алиса…….. или Алина, я уже ни черта не понимаю, моя короче, моя стоит еле сдерживается.

— Что случилось? — спрашивает ее мама, которая подходит к нам, и ахает на весь дом, когда замечает у парня кровь, — Алина быстро иди за аптечкой.

Моя срывается, и тут я ничего не понимаю.

Блядь, такая боль сковывает грудину, не описать. Одним словом в грудь мне воткнули топор и медленно им крутят, причиняя боль.

Хватаю за локоть ……..мою, возвращаю на место.

— Алиса…….

— Я ….я не Алиса, я Алина.

— Алина? Как так?

— Пой. демь. те на кухню, — еле выговаривает ее сестра, берет ее за руку, они идут на кухню, я следом. Хлопаю дверью перед носом всей толпы. Я сам, сначала я сам должен разобраться

— Ну с. я жду, — смотрю в глаза моей малышке, плевать, как ее зовут, она моя.

— Я Алина.

— Шутишь?

— Я Алиса, — говорит ее сестра, — Алина притворялась мною.

— Притворялась? — меня как кувалдой по голове.

Весь мой мир рухнул.

Вдребезги, на осколки.

Я хватаюсь за голову двумя руками, и кричу:

— Как ты могла притворяться? Алиса….Алина? Как можно притворяться, что любишь?

— Я не притворялась, что люблю… — слезы ручьем с ее глаз, сестра там пытается что-то сказать, но я заставляю молчать. Обоих.

Одним движением руки, одним ударом сношу со стола все вазы с цветами, на пол. Вдребезги. Как и они мое сердце.