— Ну если только так. Думаешь то чёрное платье в блёстках подойдёт?

— Оно прекрасно впишется. Тем более, — Татьяна подбежала к шкафу и вытащила оттуда чехол с платьем. Раскрыв его, она показала мне зелёную ткань, будто усыпанную стразами, ослепляющее своим сиянием. — Мы будем похожи на новогодние ёлки.

— Надеюсь Ким поддержит нашу акцию? — усмехнулась я.

— Если ты про то серебристое платье из её гардероба, на которое я позарилась, то да — она будет в нём.

— А Лия что-то говорила?

— Ты же знаешь Трубецкую, — Татьяна выразительно закатила глаза. — Нацепит на себя красное бархатное платье, облепит свою фигуру и будет ходить, и вилять своими потрясающими бёдрами. Эх, мне бы такие.

— Мечтать невредно. Хотя Трубецкому видимо нравятся твои костяшки.

— Сейчас я кому-то этими костяшками тресну! — насупилась Татьяна. — За эти несколько дней меня уже человек пятьдесят подкололи.

— Заметь, за эти дни, мы с тобой об этом не разговаривали.

— Да о чём тут разговаривать, Каролина? Я тебе с самого детства говорила, что он будет моим парнем. Ну и вот — он мой парень. Довольна?

— Можно так сказать. Но кровать я больше чинить после вас не буду.

— Как ты? — удивилась Татьяна, осознав, что я знаю истинную причину поломки. — Кирилл проболтался?

— Нет, просто ты слишком громко возмущаешься. И игры на полу — это плохая затея.

— Ну всё, Мороз. Сейчас я тебе докажу, что это самая лучшая моя затея. Беги, чувырла.

— Ирина Владимировна, можно? — спросила Алиса, приоткрывая дверь, ведущую в комнату старшего тренера. — Нужно поговорить.

— Заходи, — Славянская сидела перед окном, попивая горячий чай. — Что случилось?

— Я не буду выступать на показательных. — Заявила девушка. — Точнее мы не будем. Марк не в том состоянии.

— Ты уже сказала Илье Игоревичу, что вы уходите из спорта? — не зная наверняка, предположила женщина.

— Пока нет.