— Что с ней?

Такая забота чуть смягчила мою ненависть к нему.

— Ты знаешь, что Отэм порвала с тем парнем.

— С Дарреном? Да, она сказала мне вчера.

Я прерывисто вздохнула.

— Это может показаться безумием, но я знаю, что это не так. Сегодня ко мне пришла Отэм, и я заметила синяки у нее на предплечье. Это было похоже на захваты от пальцев. Как будто кто-то схватил ее. Сильно и жестко.

Лицо Киллиана мгновенно потемнело.

— Я пессимист и все время думаю о наихудших сценариях, верно? Поэтому спросила ее об этом парне, пытаясь разведать ситуацию.

— И?

— Отэм сказала, что они расстались, поэтому я сначала перестать думать о синяках. Но при этом она вела себя замкнуто и изворотливо, а мы оба знаем, что Отэм не такая. Твоя сестра, как правило, чертова открытая книга. Ради бога, я знаю каждую деталь того, как она потеряла девственность.

Киллиан поморщился.

— Не это главное, извини. Главное, что она была странной и не походила на саму себя. А потом этот парень, Даррен, начал названивать ей на мобильный. Она велела мне не обращать внимания. Но он позвонил ей еще дважды. Настойчивый ублюдок. И с каждым его звонком Отэм становилась все бледнее и бледнее. Потом пришло сообщение. Мне не удалось увидеть его полностью, но то, что попало в поле зрения, выглядело угрожающе. И, О'Ди, она пыталась скрыть это, но выглядела напуганной.

Я и раньше слышала фразу «грозное выражение», но до этого момента никогда не видела в действии. Киллиан, казалось, был готов сразить Даррена молниями из своих глаз. В волнении он принялся ходить по кабинету.

— Есть вероятность, что я ошибаюсь, верно? Конечно, есть. Но моя интуиция подсказывает, что что-то происходит, и я подумала, что, если какой-то парень преследует Отэм, это должно прекратиться.

— Да, я позабочусь об этом.

Голос Киллиана грохотал мрачным возмездием.

И мне было все равно, что, если я права и этот парень издевается над Отэм, Киллиан заставит его заплатить. Несколько лет назад я бы осудила месть. Но что-то случилось со мной, когда я поняла, что убийцы моей матери, вполне возможно, избегут правосудия. Я больше не видела мир черно-белым. Теперь во мне жила тьма.

Так же, как я чувствовала себя защищенной, зная, что Киллиан угрожал Уэлшу, чтобы тот больше не смог причинить мне вреда, я была не против, чтобы он сделал то же самое, чтобы защитить Отэм. Отэм, которая была лучше нас двоих вместе взятых. Она заслуживала защиты от темных сторон человеческой натуры.

— Я знаю, что ты позаботишься об этом. Вот почему я пришла прямо к тебе.

Наши взгляды встретились, и на мгновение злость, отражавшаяся на наших лицах, сменилась чем-то более сложным и глубоким: чем-то, что сближало нас, даже когда мы стояли на противоположных концах кабинета.