- Девушка, как я могу что-то путать, если этот номер дал мне ваш отец, - твердо отвечали на том конце, - Я еще раз прошу вас записать номер больницы и номер палаты, а также график посещений…

- Но вы то-о-очно уверены?? – все еще сомневающимся тоном уточнила Кира.

- Значит так, - начиная терять терпение, ответила женщина, - я в этом ТОЧНО уверена! Поэтому, будьте любезны, - едко выделила она, - Записать информацию, у меня много работы.

Все еще не до конца веря тому, что услышала, Кира послушно записала и, попрощавшись, положила трубку.

Грызя кончик колпачка, она смотрела на бумажку с только что сделанной записью.

«Почему они мне позвонили, а не маме?», - первым делом возник у нее в голове вопрос.

- Мам, - услышав традиционное мамино игривое «хэллоу», громко сказала Кира и тут же начала с возмущением рассказывать, - Меня тут женщина какая-то запугивает, что папа в больницу попал… Но с трудом в это верится, он же у нас вон какой бодренький…

- Как в больницу?? – перебила мама испуганным голосом, - В какую? А почему мне не позвонили? Когда тебе это сообщили?

Кира отодвинула трубку от уха, чтобы мама не оглушила ее. Улучив момент, когда та сделала паузу, влезла в ее монолог:

- Мам, ты думаешь, это правда? Сто процентов это мошенники! Мне вот кажется, что нам сейчас позвонит «лейтенант Пупкин» и скажет: «Ваш отец попал в аварию, он сбил пешехода, скиньте денег на такую карту, чтобы мы замяли дело и бла-бла-бла…» - пытаясь спародировать мужской голос, ответила Кира, - И начнут нам вешать лапшу на уши, чтобы мы раскошелились.

- Да с чего ты это взяла? – мама все больше расстраивалась, - Твоему папе уже не двадцать лет, могло случиться, все что угодно. Отправь мне сообщением все, что тебе там надиктовали, буду разбираться.

- Господи, ты самый настоящий паникер, - резюмировала Кира, - Сейчас скину, жди.

И, сделав фото бумажки с записями, отправила маме.

Кира вовсе не была бесчувственной, как может показаться. Просто чтобы заставить ее волноваться или переживать из-за чего-либо, нужно было приложить немало усилий и предоставить кучу доказательств. В свои семнадцать лет она никогда не унывала, всегда старалась всех поддержать. Она могла расстроиться только тогда, когда своими глазами видела беду или результат какого-то происшествия. Тем более, сейчас развелось столько мошенников. Нужно держать ухо востро.

Ну, а в такое чудесное время, когда на носу Новый год, а через месяц стукнет восемнадцать, расстраиваться вообще было преступлением. Поэтому, пока она не получила подтверждения от мамы, что с папой правда что-то произошло, она спокойно продолжала писать сочинение и подпевать незатейливой песенке, звучавшей по радио.