Набрала номер сестры. Шли гудки. Чем дольше ждала, тем громче слышала пульс у себя в висках. Ладони потели. Что она так долго не берет трубку? – задалась я вопросом.
- Алло, привет сестричка! – защебетала Ханна на том конце трубки. Ух, да не ужели она соизволила взять трубку.
- При-вет, - внезапно мой голос охрип, что сама была не меньше сестры удивлена.
- Что с тобой? – серьезно обратилась ко мне.
- Эм… со мной все в порядке, - как-то растерянно ответила.
- Хелен?.. – ох, Ханна начала злится. Ей не нравилось, что я от нее что-то скрываю, ведь у нас никогда друг от друга не было секретов. Они появились только сейчас с появлением биологических родителей. Но и этих секретов в скором времени не станет.
- Ханна, милая, я тебе сейчас кое-что расскажу, но перед этим обещай мне, что выслушаешь все до конца и не сбросишь трубку.
- Хелен, ты меня пугаешь… - прошептала она.
- Знаю… Ханна сядь на всякий случай на стул, - Матерь Божья, почему так сложно сказать и дело с концом. Зачем я мучаю себя и сестру.
- Хелен, прекрати! Чего ты боишься? Я точно не упаду, если кто из нас и шваркнется в обморок, то это ты! - с издевкой произнесла она. Так значит. Я бы тоже сказала ей в ответ колкие слова, но не в этот раз.
- Как ты отнесешься, если я скажу, что встретила… - я запнулась. Комок подкатил к горлу, - наших биологических родителей.
- Что ты сказала? – вскрикнула Ханна в трубку, что пришлось убрать мобильник от уха.
Глава 52
Глава 52
Хелен
Хелен- Да, сестренка, ты все правильно услышала… - как можно спокойнее отозвалась, а у самой рука дрожала как у последнего алкоголика. – «Успокойся, Хелен, ты нужна сейчас Ханне. Не смей давать волю эмоциям!» - Тишина в трубке длилась уже около полминуты. Я начала беспокоиться, что готова была бросить все и вылететь первым рейсом в Детройт к родной кровиночке. – Ханна, ты еще здесь? – дрожащим голос обратилась к ней.
- Как ты их нашла? – наконец, услышала голос сестры. Она в отличие меня по голосу была совершенно спокойна, можно сказать равнодушна. Но я-то знала, что это всего лишь маска, за ней пряталось такое же ранимое существо как я. Какой бы она не притворялась все равно оставалась внутри самой собой.