– В прошлый раз я тоже была с тобой.

– Не так. По-настоящему. Не в лофте. В доме, который достался мне от родителей. Он слишком долго стоит пустым.

– Без других женщин?

– Только ты.

Как лавина обрушивается. Я теряюсь. Не могу поверить, но и сопротивляться не получается. Это сильнее меня. Я ведь не жила все это время. Существовала.

Неполноценная. С разбитым сердцем. Умирала от тоски по мужчине, который разрушил меня. Но только он мог сделать меня целой.

– Что скажешь? Ты смогла бы попробовать еще раз? – продолжает настаивать Байсаров.

Не могу произнести ни слова.

– Тебе не обязательно отвечать прямо сейчас, – а у самого такой взгляд тяжелый, давящий. Будто ожидание для него сродни пытки. Или я выдаю желаемое за действительность?

Отворачиваюсь. Мне нужна пусть минутная, но передышка.

Трясущимися руками достаю чашки, наливаю чай. Чувствую, как Эмир приближается ко мне, замираю. Погружаюсь в его запах.

Нервно облизываю губы, вжимаясь животом в край стола.

– Больше ты не будешь делать то, чего не хочешь. Если скажешь, прямо сейчас тебя домой отвезу.

Его голос разрушает последние стены, что смогла построить внутри себя, в попытке отгородиться от правды. От своей болезненной одержимости этим мужчиной.

– Лидия, – обжигает висок горячим дыханием.

Всхлипываю, поворачиваюсь к нему, потому что не могу сдерживаться больше. Сопротивляться отчаянному притяжению.

– Прости меня.

Кладет свои большие ладони мне на плечи. Проводит по ним, притягивая к себе ближе, зарывается пальцами в волосы. Наш поцелуй уносит меня в другое измерение, забываю где мы находимся, отвечаю пылко, все что копила так долго в себе отдаю. Страсть, любовь, которую столько прятала, пыталась изжить в себе. Сейчас она прорывается наружу, сметая все на своем пути.

Эмир раздвигает мои зубы языком, врывается в рот. Сжирающий, сметающий все на своем пути поцелуй. Именно такой мне нужен – понимаю вдруг. Необузданный во всем. Ни на что другое я бы уже не согласилась. Продолжаем целоваться, пока хватает дыхания, поглощая друг друга. В этом действии так много всего. Обида, горечь, страсть. Надежда.

Оторвавшись от моих губ, Эмир внимательно вглядывается в мое лицо. Проводит подушечкой большого пальца по мокрым ресницам, вытирая мои слезы.