Но реальность оказалась куда более отрезвляющей и менее радостной. Очередь из поклонников, действительно, выросла. Но вот о качестве мужиков в этой очереди без кривой гримасы не вспомнишь.

Первая моя любовь — Лешка с первого курса универа. Мы встречались целый семестр. А потом Лешка переключился на Лидку, а я стала заедать обиду шоколадом. Как итог, — набрала десять килограмм и дала себе слово быть более осмотрительной в следующий раз. Но и в следующий раз чуда не случилось. Я влюбилась, как идиотка, в сына ректора, который оказался наркоманом. Дальше — тяжелый разрыв и тонна книг по психологии. Правда, в этот раз я, наоборот, худела на нервной почве. Минус десть и еще минус пять килограмм. Мне бы радоваться, что худоба в моде, но личная драма не позволяла увидеть мир в ярких красках. Я стала плохо учиться и чуть было не вылетела из ВУЗа. Спасло личное знакомство с ректором, который по-человечески пожалел меня, дуреху, и надавил на преподавателей, заставив их перевести меня на следующий курс. Это было единственным плюсом от близкого знакомства с его сынишкой.

А дальше меня будто прорвало. Я стала учиться, как ненормальная и закончила университет одной из лучших студенток. Психолог скажет, что это компенсация за неудачи в личной жизни, и, наверное, будет прав. Но кому какая разница? Особенно, если мои успехи в учебе позволили попасть на стажировку в небольшое, но перспективное консалтинговое агентство.

Я пахала, не спала ночами, часто задерживалась на рабочем месте и практически жила в офисе. И мое рвение начальство оценило по достоинству, вручив грамоту «За рвение к успеху». Меня хвалили, загружали работой и снова хвалили. Но даже после пяти лет работы мне так и не предложили что-то более весомое, чем должность младшего консультанта. А я устала наблюдать, как все руководящие посты занимают менее умные коллеги. Но, как водится, у одной в мужьях был генеральный директор, у второй — финансовый директор в любовниках. И только я была замужем за работой, делая проекты за троих и получая копейки.

И вот однажды мне надоело быть вечной неудачницей, на которую сваливают все, что только можно свалить. Этот момент я помню, как сейчас. Я смотрела на то, как новая моя начальница треплется по телефону вот уже битый час, и меня накрыло ощущением несправедливости страшной силы. Помню, как встала и пошла прямиком к генеральному, чтобы попросить повышения зарплаты. Он, наверное, минут пятнадцать изливался комплиментами, а потом сказал, что в бюджете на этот год повышение зарплаты сотрудникам не предусмотрено. Этот разговор поставил точку в моей карьере в фирме. Я написала заявление на увольнение в тот же день. Начальница, внезапно оторвавшись от мобильника, два часа уговаривала меня передумать, понимая, что второй такой дуры на мое место ей не сыскать. Но я была непреклонна. Сладкое чувство мести за все годы тяжелого труда на унизительно низкой должности удивительным образом придало сил и уверенности в себе.