— Вы не лучшее, Валерия Андреевна, — ударил он в лоб, — вы случайное недоразумение, возникшее на моем пути вследствие моих необдуманных порывов.

— Продолжайте, — благосклонно кивнула я, заполняя паузу.

Он не рванул на выход, не стал натягивать свое баснословно стоящее пальто, а поэтому я понимала: хоть он сейчас и пытается сделать больно — может, неосознанно, но, в силу своего резкого характера, по-другому у него не получается — уходить не спешит. А это значит, я чем-то его зацепила или заинтриговала.

— Хотите, я побуду немного на вашем месте? — прикрыл он глаза и наблюдал за мной сквозь полуопущенные веки. — Попробую, так сказать, разложить все по полочкам, поработать немного провидцем?

— Поработайте, будьте добры, — улыбалась ему улыбкой Моны Лизы. Это даже забавно.

— Вы молодая и амбициозная. Со связями, раз у вас свой кабинет в столь юном возрасте, — кивнул он на одну из стен, видимо, намекая, что оценил интерьер и поставил ему не самую низкую оценку. — Допускаю, что у вас есть талант, если связи или протекция отсутствуют, но это десять процентов из ста возможных, не больше, учитывая, как здесь все делается.

Это он на историческую родину намекает. Зажрался, однако, батенька, отвык. Не «у нас», а «здесь», разграничения поставил. Но тем интереснее послушать его «пророчества» до конца.

— Судя по всему, как и почти всей молодежи, напористости вам не занимать. Вероятно, вы мните себя гуру и излучаете уверенность. Но она не оттого, что у вас полно сил и скрытых резервов, а от борзости. У вас хорошее место под солнцем — плюс: доходный район, презентабельное здание, здесь поработал неплохой дизайнер. Уж точно вы сами обои на стремянке не клеили.

Он меня немного веселил своим жестким анализом. Но больше раздражал. Я снова почувствовала, как в груди зачесалось нечто, рвущееся на волю. Но я продолжала улыбаться и смотреть на Змеева благосклонно. Пусть выльет наружу весь свой «анализ».

— На этом плюсы заканчиваются, — фонтанировал он. — У вас явный недостаток клиентов — очереди под вашими дверьми я не заметил. Вы тут заседаете одна — и швец, и жнец, и на дуде игрец. В то время как у хорошего специалиста есть секретарь, который занимается текучкой: записывает на прием, составляет график работы, ведет телефонные переговоры, разгребает электронную почту.

Он наконец-то закрыл рот и поглядывал на меня с видом победителя. «Ну, как?» — спрашивал его взгляд. Я подождала минуту. Вдруг он еще что-то пропустил? А затем ответила.

— Ну что сказать? Вы абсолютно правы, — скромно потупила я глаза, внутренне готовясь к «прыжку». Боковым зрением успела уловить его торжество. — За исключением мелочей. Маленьких штришков. Так, ерунда, на которую вряд ли стоит обращать внимание, — добавила, глядя, как каменеет его лицо.