В этом он ни мгновения не сомневался. Господи, как же здорово, что Вадик так вовремя исчез из их теперь уже пары! Нет, пусть ему будет хорошо с его Марготтой, но вот сейчас Олег уже не был уверен, что смог бы делить Лиру с кем бы то ни было. Правда, ей об этом лучше никогда не узнавать. Ничего, он просто приложит все усилия, чтобы его леди даже не захотела смотреть больше ни на какого другого нижнего!

И всё у них будет хорошо, Олег был в этом абсолютно уверен.

* * *

Зал тонул во мраке, не позволяя определить размеры помещения. В темноте чувствовалось большое скопление разгорячённых человеческих тел, периодически слышалось шумное дыхание, но ни единый иной посторонний звук не нарушал своеобразную тишину. Кроме размеренных щелчков.

Почти после каждого из них раздавался тихий протяжный стон, наполненный мукой, и зрители невольно замирали, задерживая дыхание и впитывая волны чужого наслаждения, самым мистическим образом пробивающегося сквозь явную боль. Эти сухие щелчки и следующие за ними стоны привлекали внимание к единственному ярко освещённому пятну в зале — небольшой круглой сцене.

Сцена возвышалась над полом на добрые пару десятков сантиметров, чтобы зрители ещё лучше видели действо. А посмотреть было на что. По крайней мере, этой публике, которую объединял разноплановый, но в главном похожий интерес — желания и потребности, отличающиеся от большинства таковых у людей, гордо называющих себя «нормальными». Однако для собравшихся здесь происходящее и было самым что ни на есть нормальным и желанным зрелищем.

Сегодня на закрытой клубной вечеринке в «Ночном Портье» показывали класс лучшие Топы и Доминанты обоих полов. Хотя, признаться, среди прекрасного пола таковых было прискорбно мало. Хм, в этом клубе, гордившемся некоторой своей элитарностью и высокими требованиями к гостям.

Выступающая пара появилась тут недавно, но Верхняя дама ни в коей мере не производила впечатления новичка, а проведя несколько публичных сессий на менее значимых встречах, снискала к себе заметное уважение.

Сейчас стройная блондинка медленно прохаживалась по сцене, периодически лаская своего нижнего хлёсткими жгучими ударами кнута, под которыми мужчина с великолепным, скульптурным телом выгибался, вздрагивал и так волнительно стонал.

Девушка была одета просто и удобно, но весьма узнаваемый, даже шаблонный типаж ни в коей мере не смотрелся вульгарно. Плотные чёрные леггинсы (что вы, что вы, не кожаные!) соблазнительно подчёркивали длинные стройные ноги, обутые в чёрные же бархатные туфли на устойчивом каблуке. По контрасту — белая рубашка навыпуск, что казалась бы широкой, если не бесформенной, не обнимай она тонкую талию с помощью тканевого же чёрного корсета под грудь. Узкая ладонь уверенно сжимала рукоять кнута, а руки от запястий до локтей защищали удобные кожаные наручи, любовно застёгнутые на своей Госпоже стоявшим на коленях сабом.