- Я же согласилась…

- Ты только что сказала нет.

- Я не хочу вот так, жениться быстро, и тайно, как будто мы что-то украли! Я хочу, чтобы наши дети были с нами. Думаю, и твои родные тоже захотят присутствовать. И твои друзья. И… возможно мой отец.

- То есть ты хочешь помпезную церемонию, да?

- А если да? Что в этом плохого? У тебя уже была свадьба, а у меня нет. А я хочу выйти замуж один раз, и навсегда.

- А если вот так…

- Не торгуйся, Стена!

- Подожди, выслушай? – она сжимает губы, закатывает глаза. – мы распишемся. Сегодня. Тихо и спокойно. А потом вернемся в Москву и устроим венчание?

- Венчание?

- Да. И туда позовем родных, друзей, детей, купим тебе платье, даже два или три, кареты, лимузины, не знаю… что там еще? Воздушный шар…

- Не надо шар.

- Прекрасно, я тоже не готов к шару. – улыбаюсь одними губами, понимая, что наше будущее все еще висит на волоске. - Устроим все так, как ты хочешь, милая.

Молчит. Просто прижимается ко мне, пряча голову на груди.

- Не хочу быть толстой и некрасивой. Не хочу, чтобы ты мне врал.

- Это значит – да?

Кивает. А мое сердце делает кульбит. Мотается по грудной клетке как крученый мяч, отправленный в ворота ногой какого-нибудь Лионеля Месси, или Дзюбы, будь он неладен…

Слышим стук в дверь. В проеме появляется Дворжецкий.

- Накричались? Весь дом перебудили! И незачем было Камиля напрягать. Все уже готово. Церемония через два часа. Платья на выбор и стилист в гостиной, но туда можно только Виталине. Детей ее отец забрал – купит им подходящие наряды, и привезет в ЗАГС. Ты, Стенин, едешь за костюмом и букетом. И, учтите, никаких разводов. Я вас в Москве лично поведу к семейному психологу, чтобы научились, наконец, слушать друг друга и слышать! А то… слишком проблематичное занятие сводить вас вместе, и мирить.

Он исчезает, прикрывая дверь.

Я ухмыляюсь.