Он о чем-то долго думает. И чем дольше это происходит, тем мрачнее становится его взгляд. Взгляд, который обычно не предвещает ничего хорошего. Это я выучил с раннего возраста. Потом кивает, поднимается с кресла и молча направляется на выход.

— Неделя... — бросает папа через плечо, глядя куда-то перед собой.

Трапеза проходит довольно сносно. Если откинуть в сторону отстранённый вид отца, то можно сказать даже превосходно. Но все равно противные кошки, начали скрестись на душе. Кажется, этот день можно даже занести в календарь. Как праздничный. Впервые за всю мою сознательную жизнь отец хоть в чем-то мне уступил.

Мама завалила меня вопросами про учебу, группу, наши концерты и мое здоровье. Самое сладкое она оставила на последок. А именно, расспросы о моей личной жизни. Я итак достаточно рассказал сегодня отцу. Чем-то большим делиться был не готов. Поэтому аккуратно обошел эту тему, а вскоре и засобирался домой.

В квартире Арсений уже оказался один. Признаться честно, этому факту я удивился куда больше, чем если бы они с Варей все еще находились в постели. Поздоровался и сгреб остатки вещей в небольшой рюкзак.

— Квартирка небольшая, но приличная. — протянул мне листочек с адресом, сложенный пополам. — Был там лично. Документы подписаны, деньги переведены хозяину.

— Спасибо брат, — пожал руку другу. — Деньги кину на карту, еще увидимся.

— Придумал, как будешь выкуривать свою Дюймовочку из ее обители? — прилетело мне в спину.

— Не совсем... Думаю, сориентируюсь на месте!

— Удачи, Тим! Она тебе пригодится.