Эля говорила, что победит моя работа, муж ее пожимал плечами, то ли не желая с ней спорить, то ли не успев рассмотреть остальные конкурсные работы.

Дамир Сергеевич же качал головой, доказывая собственной молчаливой жене и Эле, что они не правы.

— А почему, вы так думаете? — неловко уточнила я, поняв, что пропустила основную часть разговора. — Нет-нет, я вовсе не думаю, что достойна первого места. Просто интересно мнение профессионала.

Произнесла и замолчала, надеясь, что мои слова не будут восприняты, как подхалимаж.

Но мужчина располагающе улыбнулся, как бы давая понять, что все в порядке.

— Работа хороша, и я вижу, что ты не просто фото прицепила, но и многое обработала. Но основной акцент у тебя на модель, а не на внешность. Не обижайтесь, Ань. Это только мое мнение, а конкурс оценивать будет Лев Николаевич, — назвал он имя генерального директора, отчего я вздрогнула.

Почему-то мне было бы проще, если бы работы оценивались лично Дамиром Сергеевичем, пусть он и считал, что я выполнила ее не по высшему разряду. Справедливо, в общем-то, считал.

А вот суровый генеральный, с которым мы виделись на собраниях всего пару раз, не на шутку меня пугал. Как он отнесется, увидев на одном из баннеров своего коммерческого директора?

— Начинается, — шепнул Слава, не давая опять погрузиться в сомнения, а стоило ли использовать его в качестве модели.

В зал уверенной походкой зашел генеральный вместе со своим секретарем. На ходу Лев Николаевич о чем-то спросил секретаря, и тот, глянув на наручные часы ответил, не сбившись с шага.

— Он только подъехал? — почему-то шепотом уточнила я у Славы, хотя в гомоне и разговорах, нас невозможно было услышать.

— Похоже на то. И, скорее всего, после объявления победителей и поздравления с Новым годом, он сразу уедет.

— Почему ты так думаешь?

Не то чтобы я была против, скорее наоборот, ведь ледяной взгляд генерального убьет всю дружескую обстановку за нашим столиком. Обычно при нем все старались выглядеть строже и серьезнее, как бы намекая, их не зря взяли на такие ответственные должности…

— Он плохо себя чувствует, видишь, как пытается отдышаться после короткого подъема по лестнице? — наклонив голову к самому моему уху, тихо произнес он.

А я еще раз осмотрела нашего генерального. Высокий, широкоплечий, внушительный. Если бы не редкая седина в волосах и точное знание его возраста, я бы ему ни за что не дала бы больше сорока. Но внешность обманчива.

Льву Николаевичу в новогодние праздники должно было исполниться пятьдесят пять лет. Я знала это точно, потому как не один вечер потратила на выбор подарка по поручению Славы.