— То в клубе напьется и подерется с кем-нибудь, то в препода во время лекции тетрадкой запустит: посмотрел он, видите ли, не так, то еще что учудит. Не удивлюсь, если и наркотой балуется. Настоящая чума!

— Чума… Хм! Да, перспектива не из лучших. Что делать будем, как компанию возвращать?

— Не знаю. Игорь Сергеевич, вы у нас голова. Что-нибудь придумаете.

Дальше ехали молча, каждый размышлял о своем. Игорь прибавлял скорость, потом спохватывался и снова ехал, соблюдая правила. В голове роились разные мысли, но они не могли испортить ему отличное настроение: душа пела и радовалась свободе.

Когда въехали в Москву, он повернул машину по привычному маршруту, но Петр внезапно закричал:

— Нам не туда!

Игорь ударил по тормозам, они заскрипели по асфальту.

— Петь, ты решил меня добить? Почему кричишь?

— Простите, нам в другой район надо.

— И где я сейчас живу?

— Игорь Сергеевич, — Петр замялся и спрятал глаза, — я снял двушку на окраине. — Он немного помолчал и совсем тихо добавил: — в Бирюлево.

— Где? — взвился Игорь и ударил кулаком по рулю. — Смерти хочешь? Что я там забыл?

— На большее у меня денег не хватило.

— А мои деньги где? А мой дом? Они куда исчезли? Владимирский настолько мелочен, что и это прихватил?

— Нет. Здесь Елена Сергеевна, ваша подруга, постаралась.

— Аленка?

Неприятное известие ударило по мозгам. Игорь припарковал машину у бордюра, чувствуя, что дальше вести ее не может. Когда он попал в тюрьму, Аленка была в ужасе. Она привыкла к спокойной и богатой жизни, рыдала, что без него для нее свет не мил. А что оказалось? Мил, да еще как! А он, идиот, ей верил!

— Бля… — дальше понеслись непереводимые словосочетания, и от каждого выражения Петр вздрагивал и втягивал голову в плечи: в старину гонцу, принесшему плохие вести, грозила смертная казнь.

Наконец Игорь выплеснул злость вместе с матами и замолчал. Голова загудела, как чугун, и наполнилась тяжелыми мыслями.

— Ладно. Поехали в твою двушку. Будем план дальнейшей жизни строить! Хотя… нет! Бабу хочу! Мозги плавятся! И двигать ногами не могу, штырь колом стоит. Сейчас мне надо какую-нибудь сучку растерзать.