Денис скептически осмотрел мою позу, насмешливо улыбнулся.

— Пару вопросов задать хочу, Ань. Ответишь?

Пожала плечами, рассеянно выдохнула:

— Конечно…

Денис наконец отвёл глаза в сторону, и теперь я могла следить за каждым его жестом. В груди разливалась давящая щемящая теплота, пока мой взгляд блуждал по его такой знакомой фигуре… Наверное, из памяти никогда не сотрутся эти отточенные ленивые повадки, мелодичный завораживающий голос, обманчиво-мягкие плавные движения… Господи, ну вот как мне существовать без него…

Впрочем, жила же столько лет. И вполне себе нормально…

Тряхнула головой, втягивая носом запах прикуренной Денисом сигареты, поплывший по кабинету…

— Как там Антон Геннадьевич, Ань? — столь внезапный вопрос, заданный нарочито беспечным тоном, поставил меня в тупик.

— Э-эу… Хорошо… — хлопнула ресницами, опуская глаза и в свою очередь избегая прямого взгляда бывшего мужа…

— Хо-ро-шо… — Денис задумчиво повторил по слогам. — Ну и хорошо, да, Анют?

Он резко развернулся, затушил недокуренную сигарету в полную окурков пепельницу. Прошёлся по кабинету, открыл дверцу встроенного в одну из перегородок шкафчика, достал бутылку и простой круглый стакан…

— Будешь, Ань? — он насмешливо махнул коньяком в мою сторону. — За Антона Геннадьевича. Чтоб у него всё ещё лучше стало…

Отрицательно помотала головой, с тревогой глядя на зажатый в его пальцах стакан.

— Ну как хочешь, — Денис сузил глаза, наливая алкоголь.

Вытерла вспотевшие ладошки об подлокотники кресла.

— Денис… Сейчас только утро… У тебя, между прочим, встреча после обеда…

— Я прекрасно помню распорядок своего рабочего дня, Ань, — муж поднял на меня холодный осуждающий взгляд.

Он демонстративно убрал бутылку обратно. Вернулся к столу, на ходу сделав несколько глотков из почти до краёв наполненного стакана…

— Так что всё-таки с нами, Анют, м? — он остановился в нескольких метрах от меня, опёрся задницей о столешницу. — Ты молчишь столько дней… Всё?! Наигрались?

Почему-то захотелось улыбнуться… Скучал что ли?! По мне? Впрочем, неудивительно — привык же меня везде за собой таскать… Господи, будто не неделя прошла, а ещё семь лет с тех пор, как мы последний раз беззаботно трахались по углам. Хотя… Беззаботно ли?! Всё это мнимое удовольствие всегда ощущалось будто под давлением многотонного пресса, состоявшего из каких-то страхов, неуверенности, осознания неправильности происходящего.