— Ну вот, пришли, — он остановился у высокого здания, к порогу которого вели бетонные ступеньки, развернул меня к себе. — Поднимешься на седьмой этаж, там сама сориентируешься…

Я только закусила губу, всматриваясь в его лицо. Чёрт, ну вот что он за человек такой? Даже когда тянет побыть в одиночестве, с ним неожиданно совершенно не хочется расставаться. В его присутствии мне почему-то не стыдно от того, что произошло, не страшно, не хочется казаться лучше, чем я есть на самом деле… Никогда не думала, что человек, который столько знает обо мне, способен вызывать симпатию, а не желание придушить его по-тихому. Впрочем, именно поэтому с ним так легко — мы просто по-настоящему чужие люди…

— Не смотри так, Ин, — Саша усмехнулся, опуская руки и отступая на шаг. — Я предупрежу кого-нибудь из ваших, где тебя искать — пусть идут сюда, тоже отдохнут…

Я недоверчиво округлила глаза.

— Меня пугает твоя доброта, Саш, — я горько рассмеялась, привычно обнимая собственные плечи и почему-то стыдясь признаться даже себе в том, что вот сейчас я предпочла бы его общество вместо нашей команды… — И сигареты отдай! И зажигалку тоже…

— Да я вообще добрый, — в его глазах на миг вспыхнуло что-то озорное, совсем мальчишеское, но тут же пропало, когда он вытащил из кармана пачку и сунул её мне в руки. — Давай, Ин, иди, пока время у вас есть…

Я только вздохнула, поворачиваясь к разбитым стеклянным дверям возвышающегося передо мной строения…

Поднялась по ступенькам. Осторожно переступила грязные осколки стекла, из которого когда-то состояли многостворчатые двери, оглядела проёмы, не желая пораниться… Последний раз оглянулась на Сашу, но он уже уходил в узкий проход между высокими стенами домов. Быстро отвернулась и ступила внутрь здания…

Широкий холл с облупившейся на стенах бежевой краской, какие-то валяющиеся повсюду чёрные провода, упавшие или оборванные с потолочных балок, мозаичный паркет на полу, ряды больших деревянных кадок для цветов, покрытые желтоватым лаком, огромная и даже почти целая люстра в центре потолка… Именно эта люстра в форме перевернутой пирамиды с кучей звенящих и когда-то прозрачных стеклянных висюлек задерживала взгляд поражала воображение больше всего — будто чья-то дорогая сердцу личная вещь, которую выставили напоказ против воли хозяина… И всё это убранство пыталось спрятаться, скрыться под толстым вековым налётом пыли и грязи. Но, чёрт побери, невероятно красиво и… величественно что ли. Особенно для такого места, как какой-то заброшенный больше четверти века назад завод.