— Ты как-то рано сегодня, — прожёвывая бутерброд, я распахнула дверь.

Подруга молча сняла верхнюю одежду, разулась и направилась в мою комнату.

— Ты выглядишь так, будто узнала, что Деда Мороза не существует, — пошутила я, следуя за ней.

— Я люблю Ала, — эти слова выбили почву из-под моих ног и убили во мне радость и надежды последнего месяца.

Для меня было дикостью слышать от Леси слово «люблю». Она никогда в жизни не произносила его по отношению к другому человеку. Двойную боль причиняло то, чьё имя после этого заветного слова подруга назвала.

— Я не считаю себя виноватой, — прервав долгое молчание, она снова нарушила тишину. — Вы с ним не вместе, да и он меня тоже любит, очевидно же.

Сказав это, она молча развернулась и ушла, оставив внутри меня ноющую пустоту.

— Мне было настолько плохо, что я в тот же день решила уехать к бабушке, чтобы только не видеть и не слышать никого, — в уголках её глаз появились слёзы. — Мне повезло, что начинались каникулы, но помимо них я пропустила ещё недели две учёбы. Ал писал мне, спрашивал, куда пропала, но я буквально сразу заблокировала его номер. Мне казалось неправильным общаться с ним, после признания Леси.

— А она разве не пыталась позвонить тебе и поговорить? — удивляюсь я.

— Нет, ни разу. Когда, через месяц отсутствия, вернулась домой, Ал с Лесей уже встречались. Это было ожидаемо, но всё равно стало очередным ударом. Наша дружба не прекратилась, но, конечно, вместе они проводили больше времени, чем в компании со мной. Когда мы учились, переходили в одиннадцатый класс, летом, они расстались. Часто ссорились, поэтому, когда на личном фронте у Леси засиял парень из обеспеченной семьи, она без лишних раздумий свалила с ним на все три месяца к морю, где у того находился дом.