— Что связывало вас двоих? — наконец, взгляд девушки, приобрёл смысл. Глаза сузились, и Вика едва заметно перегнулась через стол, чтобы быть ближе к Беркуту.

— Что конкретно ты хочешь услышать, Вика? — Артём машинально провел своим языком по губам. Ему сейчас хотелось не вспоминать прошлое, а утонуть в настоящем. А именно: в ней. В строптивой девице, что день и ночь сидит в его голове.

— Всё, — коротко и яснее ясного. Артём бы рассмеялся, если бы силы оставались.

— Это было так давно, детка, — откинулся на спинку кожаного дивана и раскинул руки в стороны. Говорить об этом не хотелось совсем.

— У меня ведь теперь полно времени.

Упрямая ослица...

— И я обязательно расскажу тебе, хорошо? Просто, давай не сегодня?

— Но ведь я вообще о тебе ничего не знаю! Ты же молчишь, как партизан! Ничего о себе не рассказываешь! Хотя обо мне разнюхал всё что можно и нельзя! Ты знаешь всё по меня и мою семью! Я же не знаю ровным счётом ничего!

— Ты хочешь послушать про мою семью? Там ничего рассказать.

Артём вздохнул, понимая, что увиливать от разговора смыла уже нет. Она не слезет с него.