— Вы нездорово выглядите, — улыбнулся Тимур, делая шаг вперед.
Я же шагаю назад, налетая копчиком на вторую тумбу. На ту самую, куда поставила поднос со стаканами. И уже через секунду слышу новый звон. Пирамида, которая была выстроена на нем, угрожающе пошатнулась и полетела вниз, к своим собратьям-чашечкам.
— Сомова… — Крокодил уже хрипел.
Видимо, не выдержали его слабые нервишки такого стресса. Естественно, в один момент большая часть барной посуды превратилась в крошево. А посуда нынче не самое дешевое удовольствие.
— Простите, Кирилл Кириллыч, — в который раз за день пробормотала. — Вычтите у меня из зарплаты. Если не будет хватать, я отработаю.
Наверное, это было последней каплей. Потому что в следующий момент Крокодил схватил мою старую сумочку и швырнул что есть силы. Она, перелетев через перила, приземлилась аккурат перед ступеньками, ведущими в бар.
— Пошла вон! Вон! Вон! — вопил он.
Наконец-то я смогла оторвать взгляд от серых глаз Тимура и посмотрела на бывшего (уже) начальника. Его лицо цветом больше напоминало перезревший помидор. Глаза выпучены и бешено вращались, ища за что бы зацепиться.
Вздохнула. Такими темпами Крокодила точно удар хватит. Значит, во имя его здоровья, нужно убираться прочь. Тихо и быстро.
Пальцы наконец-то справились с тугим узлом и, швырнув фартук на барную стойку, я обогнула Тимура, едва зацепив плечом, и почапала в сторону лестницы.
Кажется, мне придется искать работу. Новую. И, желательно, в паре тысяч километров от Москвы. Просто чтобы больше никогда не пересекаться с этим человеком.
4
4
4
На улице вздохнула и, присев на корточки, заглянула в сумку. У телефона треснул экран и разбилось зеркальце. Вздохнула еще раз.
— Чертов ты засранец, — сцепив зубы выплюнула я, кинув беглый взгляд на здание своей бывшей работы.
— Что, лютует? — спросил Пал Палыч, охранник, выходя со своего поста.
— Уволил, — покачала головой. — Без выходного пособия.
— О, как! — крякнул пожилой мужчина, бросив на меня взгляд полный сочувствия. — Жаль. Кофе у тебя действительно вкусным получался.