— Да — заплакала Рая.

— Маша, сделай два кофе, пожалуйста, — попросила я своего секретаря.

— Раечка, не плачь, у меня такие юристы знакомые, без штанов твоего Сашку оставят, но почему? Я не могу понять, чего ему не хватало, что молодую нашел?

— Да — тихо ответила сотрудница.

В это время в дверь опять постучали, и опять же не дождавшись ответа, вошла Маша с двумя чашечками кофе. Я достала бутылку дорогого коньяка, привезенного из очередной Светкиной поездки, и хотела добавить немного в нам в кофе.

— Нет, нет, — замахала руками Рая — мне нельзя, я же на работе.

— Я тоже — ответила я. — Пей, говорю.

Мы сделали по глотку ароматного напитка и молчали какое-то время, пребывая каждая при своих мыслях.

— И кто она? — тихо спросила я.

— Продавец его.

— Обалдеть! — по слогам произнесла я.

— Да, да сама в шоке, она беременна — почти шепотом произнесла Рая и опять заплакала. — Я ведь даже и подумать не могла, что он мне изменяет, он ведь и домой вовремя приходил и так у нас все нормально было. А вчера мне заявил, что у него другая, и что он уходит к ней.

— Рая, хорошая моя не плачь, может ещё одумается?

— Да пусть идет — ответила Рая, посмотрела на коньяк, потом на меня.

— Давай, — я достала коньячные рюмки, попросила Машу принести лимон и запить что-нибудь. Мы перебрались на кресла, я разлила коньяк.

— Давай нервишки подлечим, — мы выпили по рюмки, я запила соком, Рая сунула дольку лимона в рот и даже не поморщилась. Я разлила ещё по немного, но Рая отказалась.

— Ладно, иди, — сказала я Рае, прошлась по кабинету, убрала коньяк в шкафчик, лимон направился прямиком в мусорное ведро.

— Обалдеть — сказала я еще раз, посмотрела на часы, время было 16:00, я выключила компьютер, взяла сумку, закрыла дверь.

— Девочки всем пока — сказала я, проходя мимо столов своих сотрудников. Направляясь на подземную стоянку, я подумала, что глупо идти в солярий, если через три дня я буду на одном из самых лучших пляжей мира. Выезжая со стоянки, я задумалась, почему люди могут так просто развестись, прожив вместе тридцать лет. Я допускаю, что проходит любовь и угасает страсть, но за тридцать лет совместной жизни притеревшись друг к другу и прощая многие вещи разводиться, это, на мой взгляд, немного не разумно.