Мы вернулись из Италии и Испании, где проводились съемки для журнала Sports Illustrated. Тогда я поняла, что умение общаться в такой профессии важно. Элои работал с известной супермоделью, которая знала без подсказок и указаний, какую позу принять, соблазнительно улыбнуться и одним взглядом заставить мужчин смотреть только на нее. Когда выключалась камера, она походила на недовольную стерву с множеством странных требований. В Нью-Йорк я прилетела полностью выжатая: моделька умела профессионально не только позировать, но и выносить мозг.

Не спасли пляжи, теплая лазурная вода, невообразимая природа и потрясающая еда. Настроение было испорчено к чертовой матери из-за ее капризного и дурного характера.

— Не понимаю, как ты терпел ее… высокомерие, — проворчала в телефон, ставя чемодан рядом с кроватью, и открыла окно, впуская свежий воздух.

— Моя милая и наивная Ливия, Пенелопа зарабатывает больше десяти миллионов в год, имеет богатых любовников и шикарную виллу в Испании, — услышала насмешливый голос Элои и пораженно раскрыла рот. Больше десяти миллионов… Но это не дает ей права вести себя по-хамски! — Она является лицом известных брендов и журналов. Как ты думаешь, лучше прикинуться дружелюбным и получить максимум, на который она способна, или найти в ее лице врага?

Я присела на кровать и тихо вздохнула.

— Ты как всегда прав.

— Я знаю, что ты борец за справедливость, но иногда надо наступать себе на горло, чтобы добиться желаемого. Пенелопа не такая плохая, но избалованная, я согласен.

Избалованная? Мягко сказано! Она перебирала дотошно еду, кривилась, если один ингредиент казался ей не свежим, требовала лавандовое мыло и свежевыжатый ананасовый сок, если он нагревался хоть на пару градусов, она его выливала и вопила, что никто не уважает нелегкий труд модели. Да я благодарна хот-догу или йогурту, которые попадают раз в день в мой желудок, к тому же не всегда!

— Отдыхай, завтра жду в студии. Чао, красотка, — попрощался Леруа.

В понедельник с утра пораньше я расставляла аппаратуру для предстоящей съемки. Связалась с Гвен, нашим ретушером, затем визажистом и стилистом, обговорив время и уточнив мелкие детали. Сходила в Старбакс, купила карамельный латте себе и шоколадное фраппучино Элои. Когда вернулась в студию, Леруа уже настраивал штатив.

— Моя ранняя пташка, — я подала ему напиток, улыбнулась и отпила латте.

— Привет, Элои.

— У меня есть для тебя важная и невероятная новость, присядь, — загадочно улыбнулся фотограф, заставив мой пульс ускориться.

— Ты меня пугаешь, — я присела в кресло и внимательно посмотрела на Леруа.