Тело, которое за считанные секунды наполнил раскаленный свинец, в это мгновение отмерло и я, замахнувшись, влепила Тейлору самую сильную пощечину, на которую только была способна.

Даглас даже не шелохнулся. Так, словно моя пощечина для него была не ощутимее комариного укуса. Но все же он остановился. Несколько секунд вообще не шевелился, а потом поставил меня на землю. Сам поправил мое платье, но я, еще сильнее разозлившись от этого, отбила его руки.

- Согласен. Я не должен был этого делать, - ответил он на мою безмолвную злость. Его голос был до невозможности хриплым, а глаза даже темнее, чем обычно.

- Неужели? – мой голос пылал гневом. Меня трясло и я не понимала от чего сильнее. От злости или от ощущений, которые продолжали опалять тело. Временами мне казалось, что прикосновения Дагласа были вечны. Как ожоги. Даже после того, как он убирал свои руки, я еще бесконечно долго продолжала ощущать их на себе.

Если Джереон Леман был правильностью и спокойствием…

… То Даглас Тейлор был абсолютным грехом. Чем-то взрывным. До невозможности плохим, а связь с ним грязной.

- Не злись, - Даглас достал новую сигарету. – Я буду держать себя в руках, - он щелкнул зажигалкой и добавил: - Постараюсь, - сделал глубокую затяжку и выдыхая дым, посмотрел мне в глаза, после чего сказал: - Я давно тебя не видел. Соскучился.

Я молчала. Пыталась взять хотя бы часть своих мыслей под контроль, чтобы иметь хоть какую-то возможность ответить. Но получалось плохо, а Тейлор, как ни в чем не бывало, положил ладонь мне на талию. Пока я пыталась прийти в себя от его безграничной наглости, он немного повернул голову вбок и, выдохнув дым в сторону, опять обернулся ко мне. Наклонился и поцеловал. На этот раз коротко, но слишком ощутимо.

За это получил еще одну пощечину. От нее моя рука даже заболела, а пальцы онемели.

- Если вы еще хоть раз позволите себе нечто такое… Я не разрешала вам меня целовать.