Всё думал, что мне теперь делать с этой Дюпон? Отпустить я её не мог. Шантажировать с помощью Анны её папашу? Я не верил в то, что эта затея имеет смысл. Если Дюпон отпустил дочку на войну, значит, ему просто похуй на неё, и её жизнь ничего не решает. Слишком много поставлено на карту, чтобы Андре сжалился над своим ребёнком. Нюрка сыграла свою роль в делишках папаши. Если с ней что-то случится, СМИ снова раскачают тему о том, что полковник Грэй бесчеловечен. Обязательно скажут, что я насиловал рыженький ни в чём не повинный цветочек, а потом замучил его до смерти голодом и побоями.

Мне-то похуй, а вот девочку жалко.

И больше ничего.

Пусть пока побудет у меня. Я найду ей применение обязательно.

Воевали мы почти двое суток. Северяне стояли насмерть, как и мы. Поддержка с воздуха облегчила нам задачу, но всё равно бой вышел страшно жестоким.

Добили, сколько смогли догнать, выстроили оборонительную линию на позиции, и только после этого пересеклись с Барсовым.

Он встретил меня со своей фирменной ухмылочкой и коробочкой берлесских конфет.