Тогда я была намного младше, чем сейчас…

Пытаюсь держать лицо.

Вдруг он меня не узнал?

В вероятность этого верится с большой натяжкой! Ведь всего каких-то три месяца назад я пересеклась с ним в доме своей старой подруги, Ульяны, которую долго не видела. Тогда я очень сильно постаралась, чтобы произвести впечатление мега-успешной красотки, жены крутого юриста. Я лишь хотела утереть нос и показать Марселю, как он ошибался в прошлом, отшив меня после ночи, проведенной вдвоем.

Я лезла из кожи вон, держалась на высоте и сверкала бриллиантами, даже испытала удовольствие от растерянности красавчика! Да, я красива, успешна, у меня муж — крутой юрист! Пусть брак наш партнерский, а любви нет и подавно, но разве обязательно всем об этом знать?! Со стороны все выглядело прекрасно… Целых три месяца Тетерин всюду хвастался мной, брал на все приемы и ужины!

Однако потом все пошло прахом. Сейчас имя моего мужа в опале, а сам он в бегах. У меня после него осталась лишь куча неподъемных долгов, а пороги крохотной съемной квартиры обивают крайне опасные личности, требующие немедленной уплаты долгов.

Все, чем владел мой муж, было заложено в банке или взято напрокат: машины, шубы… Даже то самое обручальное кольцо, которым я так хвалилась.

До момента полного краха я даже не подозревала, что можно взять кольцо, шубку и украшения на выход! Искренне считала, что муж все это купил.

Как оказалось, зря.

Еще месяц после исчезновения мужа я пыталась найти средства, обзванивала его знакомых. Потом сдалась и согласилась на предложение подруги — Дашки.

Теперь я здесь, перед клиентом, а клиентом оказался тот самый — Марсель!

Может быть, у Марселя не такая хорошая память? Я изменила прическу, накрасилась по-новому

Снова пытаюсь изобразить улыбку, давлю ее из себя, как зубную пасту из опустевшего тюбика. Выходит с трудом. Жалкий проблеск.

Пальцы подрагивают от страха быть узнанной. Я поправляю русые локоны, которые струятся, как в той самой рекламе шампуня. Я четыре часа потратила лишь на волосы, чтобы выглядеть ослепительной.

Накручиваю отдельную прядь на палец, чтобы успокоить себя хоть немного.

— Не расслышала, как зовут тебя.

У него темные пышные волосы, уложенные направо. Красивое, пропорциональное лицо. Острые скулы, впалые щеки. Темные брови вразлет и потрясающе красивые глаза, цвета грозовых туч, почти синие. Такой редкий цвет не забудешь никогда. В них просто падаешь, погружаешься, как в волны северного моря. Они холодные-холодные, почти ледяные.

Меня пробирает морозом.

Ощущение арктического холодка скользит по коже и становится болезненным в момент, когда он, поставив локти на стол, наклоняется ко мне вперед и говорит отрывисто.