— А сейф? — я задыхаюсь.
Баз наклоняется ко мне. Он заправляет выбившуюся прядь из моего пучка за ухо. При этом его пальцы задевают кожу щеки. Я ловлю себя на том, что склоняюсь к его прикосновениям, страстно желая и ненавидя себя на одном дыхании.
— Это для важных документов. Карточка социального страхования, паспорт, драгоценности. Все, что я должен скрывать от таких стервятников, как ты.
Мои глаза распахиваются от его резких слов, и его суровое лицо плывет передо мной.
Я должна была держать его подальше от этого. Я только что разрушила все прекрасное, что делила с этим человеком из-за паспортов и вымогателей. И все это не имело никакого отношения к моей сестре.
— А теперь, — шепчет Баз, нежно целуя меня в лоб, — Убирайся отсюда.
С этими словами он поворачивается и исчезает в ванной. Такое чувство, будто он вырвал мое сердце из груди и растоптал. Я истекаю кровью изнутри. Он разрывает меня на части. Он нашел мою открытую рану и продолжает колоть ее снова и снова.
Рыдание вырывается из моей груди, когда я выхожу. Я только наполовину удивляюсь, при виде Дэна, ожидающего меня у лифта с не очень приятным выражением лица. Мы едем вниз в тишине, если не считать моих всхлипываний.
— Я не хотела делать ему больно.
Лифт звенит, и дверь открывается на моем этаже. Он ведёт меня в сторону моего номера, чтобы я могла собрать свои остальные вещи. Как только я вхожу, он мимоходом говорит:
— Они никогда не хотят, мэм.
Я быстро собираю все свои вещи из номера. Перекладываю их из сейфа в сумочку, чтобы они были рядом. Прежде чем уйти, я в последний раз оглядываю номер и вздыхаю.
Дэн провожает меня, и как только я выхожу на улицу, меня ждет машина — больше похожая на Uber — чтобы отвезти в пункт назначения. Я должна понять намек и вернуться домой. Я должна просто вернуться в Нью-Йорк и никогда больше не показываться на Западном побережье.
Это то, что я должна сделать.
Но я устала делать все, что от меня ожидают.
Я слушаю свою сестру, ее постоянный голос в своей голове, говорящий мне продолжать.