И подойдя к Ромке, испуганно кивнула на лежащего на траве Илью:

- А ты его...?

- Поваляется немного – отойдет, - хмыкнул Ромка и провел ладонями по карманам поверженного противника. – Хотя прием тоже опасный – если перестараться, последствия возможны разные, вплоть до… Но я умею силу соизмерять в отличие от некоторых! А ты чуть на уголовку не влетела. Даже если оправдают – оно тебе надо?

- Он мой телефон забрал! – вспомнила Женька.

Ромка кивнул, достал из кармана Ильи ее мобилку, потом вытащил оттуда же нож-бабочку, повертел в пальцах и усмехнулся:

- В принципе, можно ментам сдавать. Лезвие явно больше девяти сантиметров. Хотя это всего лишь административка. Но позвонить стоит. Пусть этот гадюшник прошерстят.

Внезапно прямо перед ними выскочили из кустов, а точнее поднялись по лестнице Назар и… Зара. Дамочка была в серебристых лосинах и длинной цветастой тунике, выгодно подчеркивающей ее восточную красоту, и держалась совершенно невозмутимо. Будто для нее самое обычное дело – ездить по ночам на разборки в неблагополучные кварталы.

- Как? – буркнул бодибилдер, указывая глазами на еще находящегося в отключке Илью и стоящую рядом Женьку.

- Норм, - отозвался Ромка. – Спасибо за поддержку, ребята! Не забуду. Домой?

- Идем, че.

Женька растерялась от неожиданности, хотела спросить, как они ее так быстро нашли, но вспомнила о главном:

- Ромка, а Алена?!

- Я ж говорю, в полицию позвоним. Подозрительные личности, угрожали холодным оружием, и на наркопритон похоже… Или заедем заявление напишем? Сча дядьку наберу, уточню, как лучше. И что конкретно говорить-писать, чтобы быстрее шевелились.

- Илларионов, ты что - издеваешься?!! – Женька подскочила и со злостью ухватила его за руку. – Они же там с ней… ее… если уже не…

- И что с того? Считай, барышня получила то, чего желала другим. Она ведь про тебя именно так и говорила – «если изнасилуют, значит, сама виновата».

Ромка прочитал что-то в Женькиных глазах и тяжело вздохнул:

- Женек, эти похожи на нелегалов. Вряд ли их там двое, может быть и десяток. Парни горячие, с оружием. Неразумно из-за какой-то тупой овцы подставляться под нож.

Женька почувствовала острую боль. Словно ее саму бросили на растерзание толпе нелегалов. Есть-есть у девушек неравнодушие к судьбе себе подобных! Участие? Сострадание?

А те, кто утверждает, что женской дружбы не существует – бессовестно лгут. Может, именно на этой дружбе и держится мир? Душевный уж точно.

- Ром, но нельзя же так! – вырвалось у Женьки эмоциональное. – Мало ли кто чего ляпнул, не подумав? У меня тоже бывает. Это слишком большое наказание за глупость. Несоизмеримо большое!