Он жестом фокусника вытащил верхнюю пачку, разорвал банковскую ленточку, которой та была обклеена:

- … тысячу рублей. Пятый этаж, девять лестничных маршей по десять ступенек, пятнадцать мы уже прошли… Итого – семьдесят пять. Что скажете?

- Согласна! – пискнула девица, вожделенно уставившись на деньги.

- Я в вас не ошибся! – широко улыбнулся Родион и, нагнувшись, положил на ступеньку первую зелененькую купюру.

- А я против! - обиженно пробормотала Сонька, глядя в экран телефона. – Хочется нежных слов! Хотя бы в день свадьбы! А все свелось к пошлому меркантилизму.

И шумно хлюпнула носом.

- Не вздумай реветь! – испугалась Женька, глядя на Сонькины глаза, уже готовые наполниться слезами. – Сейчас все уладим!

Она выскочила на лестничную площадку, перегнулась через перила.

- А мы все видим! – звонко прокричала вниз. – Невеста просила передать, что за деньги замуж не пойдет! Только по любви! И точка.

- Сонечка! – Слава поднял вверх голову и виновато вздохнул. – Знаешь же, что я у тебя и так не Цицерон! А от волнения все слова из головы выветрились. Но я тебя люблю, слышишь?

Сонька сладко вздохнула.

- Хочешь, я тебе на каждой ступеньке буду признаваться в любви? Семьдесят пять раз?

На этих словах Галина вдруг посмотрела куда-то за окно и мягко улыбнулась собственным мыслям.

Сонька промолчала, но глаза ее засияли, словно звезды.

- Невеста согласна! – громко перевела Женька.

Носатая недовольно поджала губы.

- Люблю! – отчетливо произносил Слава, поднимаясь по ступенькам. – Люблю! Люблю!

Счастливая Сонька выглянула из дверей квартиры, чтобы лучше слышать.

Тем временем на площадке перед пятым этажом суетились ее родственницы, организовывая новый рубеж.

- Люблю! – Слава остановился перед рукотворным препятствием и, подняв глаза вверх, увидел невесту.