— Странно слышать советы от той, что не единожды наступала на одни и те же грабли с мужчинами. Сначала спала с женатыми миллионерами и клянчила у них подарки. Затем дошло до того, что пришлось клеиться к мужу лучшей подруги. И плевать ты хотела на более чем двадцать лет дружбы. Это было низко, Марго. Учитывая то, что я действительно ценила наше общение и помогала тебе каждый раз, когда ты этого просила. Теперь можешь искать кого-то другого. Миру, например. Если она не побоится, что в один прекрасный момент ты захочешь присесть на член её парня.

Марго недовольно фыркает и тянется к кошельку.

— Сколько я должна тебе за сувениры?

Я поднимаюсь с места и разглаживаю юбку.

— Оставь эти деньги себе. На контрацепцию, например. Чтобы в очередной раз не подхватить что-то от горе-любовника, а потом не клянчить у лучшей подруги на лечение. Меня для тебя больше нет.

Развернувшись спиной к Марго, я направляюсь на выход из ресторана, ощущая мощную волну гнева в свою сторону. Внешне я держусь просто отлично, но стоит очутиться дома, как с меня слетает броня.

Тело знобит, потряхивает. В голове крутится нецензурная брань и единственное чего мне хочется — это выпить.

Я решаю не отказывать себе в этом желании. Достаю из бара вино, наполняю бокал. Выпив залпом почти половину, забираюсь на диван и поджимаю под себя ноги.

Мы с Натаном наделали массу ошибок и почти развалили свою идеальную семью. Немного остыв после эксперимента, взяв тайм-аут и получив возможность переосмыслить многие вещи, я вижу, в чем были главные ошибки. И мои, и мужа. До отпуска они казались мне неисправимыми.

Набрав номер Натана, я слушаю долгие противные гудки. Сердце не на месте, дыхание перехватывает. Когда я понимаю, что мне не ответят и хочу положить трубку, Нат неожиданно принимает вызов.

— У тебя что-то срочное? — резко спрашивает он.

— Почему ты не переспал с Ритой? — задаю первый вопрос. — Ты же дико злился на меня.

Я прислушиваюсь к каждому шороху на заднем фоне и нервно кусаю губы.

— Во-первых, со своей стороны я закрыл брак, — поясняет муж. — Только мазохист вернётся в свободные отношения после пережитой мясорубки. Во-вторых, это детский сад делать что-то и кому-то назло. В-третьих, я на тебя не злился, Влада, — шумно выдыхает Натан. — Больше на себя.

Мне до слёз обидно, что он не может поговорить со мной лично. Глаза в глаза. Особенно сейчас, когда я остро нуждаюсь в диалоге.

— По поводу Скорикова — ты должна была меня уведомить, — продолжает Левицкий. — Потому что мне не нужны его ебучие деньги, после того как он трахал мою жену. Но что есть то есть — лучше поздно, чем никогда. Сделка разорвана. Это всё, что ты хотела узнать?