Поцелуи стали ниже. Он медленно прокладывал влажную дорожку, спускаясь по животу к кромке тонких трусиков. Я вздрагивала и рефлекторно двигалась ему навстречу. Я чувствовала, как мое белье стало влажным. Все это так ново, так странно, но мне нравится.

Хочу еще, хочу больше.

Запустила пальцы ему в волосы, он снова застонал. Ему нравится. Но в следующую секунду я задохнулась от волны новых ощущений. Прямо через тонкое кружево влажного от желания беля я ощутила его горячий язык, который осторожно прошелся прямо там, по самому сокровенному. На секунду мне захотелось сдвинуть ноги, закрыться, но он удержал, чуть прижав мои бедра к кровати. Снова прошел языком, потом губами.

– Дима… – выдохнула я его имя.

– Моя девочка, – услышала в ответ.

Буквально на секунду он встал, скидывая на пол штаны и белье. Я не могла отвести глаз. Чувствовала, как горят щеки. Я покраснела, но смотрела на него. На его сексуальное, красивое, сильное тело, на мышцы, что перекатывались при каждом его движении, когда он снова нависал надо мной, на стоящий и слегка пульсирующий немаленький член. Не удержалась от нового стона, когда почувствовала, как его орган упирается мне в живот, а губы касаются моих. Он зацепил пальцем мои трусики и стянул их вниз. Немного помогла ему в этом, чтобы избавиться от них быстрее. В его глазах отражался свет множества свечей.

Он казался нереальным. Мой Демон!

Он приподнял мою ногу, сгибая ее в колене. Накрыл мои губы очередным умелым, глубоким и страстным поцелуем. Я почувствовала, как его член уперся прямо в мое самое сокровенное, он толкнулся в меня, и мое тело до корней волос пронзила боль. Я вскрикнула, прикусила губу, кажется, до крови, из глаз брызнули слезы. Он замер. Я чувствовала его внутри, но было так больно… Он взволнованно смотрел на меня несколько секунд.

– Тише, тише, моя девочка. Сейчас отпустит. Тише… – шептал он, собирая слезы, нежно целуя. – Все хорошо. Больно больше не будет, моя маленькая.

И меня действительно стало отпускать. Боль отступала и на смену ей вновь приходило возбуждение от одной мысли, что мы так близко. Что он уже во мне. Что я теперь его, он мой.