Через несколько секунд, в комнату медленно заходит парень и садится возле меня.

– Где ты был? – строго спрашивает у него Сотников-старший.

– По телефону разговаривал.

На лице Александра Максимовича отражается дикий гнев, и это видно невооруженным взглядом.

– Ну что ребята, – обращается Елена Олеговна ко мне и Яну, – готовы жить вместе?

Даже и не знаю, что ответить. Готова ли я жить с ним? Скорее всего нет, чем да. Не могу. Не хочу. Не знаю.

Парень, молча, переплетает наши с ним пальцы и фальшиво улыбается. О, Господи, снова это лицемерие.

– Конечно готовы, – уверено отвечает Сотников-младший.

– А ты? – спрашивает у меня Александр Максимович.

Молча, киваю. Ян придвигается ближе ко мне и обнимает за плечи. Я вздрагиваю от этого.

– А где квартира? – интересуется парень у отца.

– Недалеко отсюда. Я выбрал хороший вариант, чтобы вам было недалеко от школы и больницы.

Повисает неловкое молчание.

– Лен, пойдем, выйдем, – обращается Сотников-старший к своей жене. В ответ женщина кивает, и они выходят из гостиной.

Снова мы одни. Снова, черт возьми.

Что мне сказать? Нужно ведь что-то сказать, а не сидеть в этой мерзкой тишине, которая громче крика.

Только сейчас я понимаю, что Ян не убрал свою руку. Он по-прежнему обнимает меня, даже тогда, когда его родителей нет рядом.

– Не хочешь руку убрать? – не выдержав, спрашиваю.

– Нет, не хочу.

Меня дико раздражает такая его самоуверенность. Пытаюсь встать, но Сотников не дает мне этого сделать, прижимая к себе.