— Дорогой мой, я тебя знаю.

— Она изнеженная принцесса и к тому же настолько далека от моего типажа, насколько это возможно, — прорычал Ликос.

— Тогда что ты с этого получишь? — поддразнил его Терон. — Если это как-то связано с Козловым…

— Вернись к своему гипсокартону, Терон, если это сейчас так называют, — прервал он, придав своему тону легкомыслие, которое не ощущал ни в малейшей степени. Его смущало то, что Терон понял, почему он хотел похитить принцессу.

— Ликос…

Он повесил трубку прежде, чем Терон успел закончить предложение. Ликос взглянул из окна автомобиля на четырехзвездочный парижский отель, где принцесса Свардии Марит собиралась выйти замуж менее чем через полчаса.

«Никакие переодевания не изменят того факта, что ты есть и всегда будешь не более чем уличным вором, брошенным родителями и вынужденным рыться в помойках в поисках объедков».

Неприятное воспоминание о словах Илиана Козлова отвлекло внимание Ликоса. Он познакомился с русским, когда пытался приобрести контрольный пакет акций технологической компании три года назад. Но победа над «бизнесменом», казалось, только раззадорила сноба. Козлов попытался вмешаться в бизнес Ликоса, и, когда это не сработало, он перешел черту, поставив под сомнение его репутацию. И почему? Потому что Ликос был угрозой. Он был одним из немногих людей в мире, обладающих достаточной финансовой хваткой и поддержкой, чтобы победить Козлова.

Так что теперь Козлову придется платить. Лично.

Король Свардии наконец согласился продать акции, необходимые Ликосу, чтобы вытеснить Козлова из его собственной компании. Такова была цена, решил Ликос, за оскорбление, нанесенное ему русским. А за это Ликос должен был всего лишь украсть принцессу.

Войдя в отель, он вспомнил о том, что прочитал в досье Терона на Андре Дю Со. У него было достаточно денег на банковском счете, столь щедро предоставленном его богатыми родителями, что он мог увезти принцессу Марит куда угодно. Ликос прошел прямо мимо стойки регистрации, как если бы он был гостем, имеющим полное право находиться там. Отель был странным, определенно, ниже уровня Андре.

Ликос решил действовать спокойно и отстраненно, изображая равнодушие. Конечно, так нельзя было обращаться с женщиной.

Даже если эта женщина была избалованной принцессой, сбежавшей от какой-то университетской влюбленности. Он поднялся по элегантно изогнутой лестнице туда, где, как догадался, должны были находиться ее апартаменты.

— Месье?

Ликос отказался обращать внимание на портье отеля, которого встретил в коридоре.

— Месье, постойте! Подождите, месье! Вы не можете войти туда.