– Неужели все же пожалела? – в момент паузы иронично уточнил голос мужа.

В страхе Мила заткнула уши и натянула на голову одеяло. Придя в себя, прислушалась: все тихо, значит, привиделось. Она перекрестилась, сползла с кровати и набросила халат. В гостиной сидел живой и невредимый Александр.

– За счастливое воскрешение, – он поприветствовал жену поднятием бокала.

Мила прислонилась к дверному косяку и стала медленно сползать на пол.

– Никаких истерик! – выкрикнул муж. – Стоять!

Тон приказа отрезвил. Она устояла на ногах и, судорожно всхлипнув, прошептала:

– Как хорошо, что ты жив…

– Неужели? И когда ты это поняла?

– Сейчас. Я думала, что не переживу этого кошмара.

– Неужели?! Именно от глубоких переживаний ты напилась до потери сознания и провалялась до обеда в постели?

– Это я от горя.

– А, может, на радостях? – он поставил бокал с таким грохотом, что ножка отломилась, и содержимое потекло на пол. – Тебе не повезло. Я жив. И сегодня же упеку тебя за решетку. Собирай свои манатки!

Мила не возразила, вернулась в спальню и послушно распахнула дверцы шкафа. Что в камере нужнее всего? Сменное белье, носки, спортивный костюм. Она стала тщательно перебирать вещи. Александр взял в руки телефон и стал звонить.

– Я сейчас же сдам тебя в милицию. И приложу пистолет с твоими отпечатками.

– Сдавай, – согласилась жена. – Так будет лучше для всех нас.

– И вот хоть бы слезинку пролила! – возмущенно выкрикнул он, заглядывая в комнату. – Ну, и кто ты после этого? Тварь! Тварь! Тварь!

Мила послушно кивала, продолжая заполнять сумку. Когда она появилась в гостиной, мужа там не было. Она проверила все комнаты и вышла на лоджию. Машина Саши на бешеной скорости выезжала со двора. Женщина упала на колени, сжала виски и заскулила, как бездомный пес.

Александр притормозил у набережной и протянул киллеру в темных очках пакет. Тот заглянул внутрь и удивился:

– Не многовато? Я и так не в обиде.

– В самый раз. Я ценю свою жизнь.