Из всех причин, по которым мне может быть стыдно и по которым мне стоит стыдиться за свою жизнь, эта может быть главной, сказала она, сделав глубокий вдох. Очень хороший парень попросил меня сходить с ним на свидание. Я и отказала ему. Но не просто сказала – "нет". Я повела себя очень грубо. И потом, когда он уходил, смотря на него, как на дерьмо, я сделал ещё хуже: спросила у подруги, почему я должна ходить на свидание с таким неудачником, как Джон, когда можно сходить с настоящим мужчиной.

Я взглянул на свою мать. Её глаза пылали. Ещё никто не говорил так о её детях, и не рассказывал её об этом. Девчонки уже слышали эту историю, хотя я заметил, что у Джейми заслезились глаза. Она разозлилась на Шерил, когда я рассказал ей об этом. Я не хотел этого делать, но, однажды апрельской ночью, как раз после нашего братско сестринского похода они вытащили это из меня.

Мягко говоря, Джейми была удивлена, когда после Дня Благодарения я рассказал им о том, что встречаюсь с Шерил. Она пообещала убить Шерил, если та снова причинит мне боль и я был уверен, что это была чистая правда. Но слушая то, как Шерил рассказывает эту и стою и видя то, как ей стыдно за себя, похоже, всё изменилось. Она протянула руку и слегка коснулась щеки Шерил, и та одобрительно улыбнулась ей.

Я знаю, что вела себя как сука, когда говорила это. И я хотела бы сказать, что сразу же побежала за Джоном и извинилась. Но нет, это не так. На самом деле, я почти забыла о нём. Теперь я знаю, что он не забыл меня, и про то, какую боль я ему причинила, хотя, сейчас, воспоминая об этом приносят мне ещё больше боли.

И потом, одной октябрьской ночью, прямо на кануне Дня Благодарения, я пошла в бар с подругой. Мы были не очень близки, да и, честно говоря, до этого ни разу не выбирались вместе. Мы немного выпили, и к нам присоединилось три парня. Моя подруга увидела знакомых и пошла поговорить с ними, а потом не вернулась. Ребята, с которыми я сидела, покупали мне напитки, один за другим, и я становилась всё пьянее и пьянее. А потом они начала говорить, какая же я горченькая, и что они хотели бы со мной сделать, и про то, что нам нужно сходить кое куда, чтобы повеселиться. Я не буду вдаваться в детали, но я думаю вы можете представить, что именно они хотели со мной сделать.

Моя мать стала белой как мел.

Они вышли покурить и тут я внезапно поняла, что мне нужно убираться оттуда. Так что я встала, схватила сумочку и вышла из бара. Я помню как вышла на тротуар и меня тут же вырвало – это всё что я помню о той ночи.