Женя резко схватил за руку и возмутился:

– Как ты можешь так говорить, это не его дело!

– Перестань хватать меня за руку! Мне больно и время почти на исходе, еще и отчет нужно найти.

Руку он отпустил, не сказав больше ни слова, а я выскочила из спальни, второпях нашла отчет, накинула плащ и удалилась из дома: силы были на исходе, горечь и обида давно сжимали горло, а в голове вертелся один единственный злосчастный вопрос: «Что я сделала не так? Что?! Ведь я всегда старалась сглаживать углы, лишний раз не скандалить, быть терпимой, понимающей, любящей и вот она плата?!» На глазах выступили слезы. Я еле сдержалась, чтобы не разрыдаться прямо на улице… Хорошо, что буквально через минуту подъехало такси, и, присев в машину, я достала отчет и уткнулась в него глазами…

Заседание совета затянулось до обеда. Я зачитывала отчет, слушала, совершала какие-то действия, и время хоть как-то шло, но во второй половине дня оно, словно замедлилось и тянулось мучительно долго. Впрочем, меня это не сильно тяготило: домой мне меньше всего хотелось возвращаться. «А вдруг он уехал?! Билет-то у него на сегодняшний рейс». И вправду, вернувшись вечером, с порога меня обуяла тишина. Я как сумасшедшая пронеслась по всем комнатам и, убедившись, что никого нет, бросилась без сил в спальне на кровать и судорожно разрыдалась… И ревела столько, насколько хватило сил, а потом просто смотрела в окно, на город незаметно опускались сумерки, и вечер брал бразды правления в свои руки… Вдруг меня осенило: «Почему Артема с Егором до сих пор нет дома? Они ведь должны были уже прийти?» Встревожившись не на шутку, я ринулась в гостиную и стала искать телефон. «Половина седьмого… Где они?» – недоумевала я и судорожно принялась набирать Артема, но он не снимал трубку. Еще раз… Безрезультатно!.. После третьего звонка Артем сам перезвонил: «Мы с папой. Уже почти у дома…» «Значит, Женя не уехал сегодня… – подумала я и встрепенулась. – Он не должен видеть меня такой!» И помчалась в ванную…