– На ужин останетесь? – поинтересовалась у Кирилла.
– На ужин останетесь? – поинтересовалась у Кирилла.
– Майя сегодня в ночную смену, так что не откажусь, дома меня никто не ждет, – страдальчески ответил он.
– Майя сегодня в ночную смену, так что не откажусь, дома меня никто не ждет, – страдальчески ответил он.
Я улыбнулась. За ужином они разговаривали о выходе нового альбома, решали, когда провести презентацию: в конце года или перенести ее на начало следующего. По неизвестным мне причинам релиз пластинки почему-то затянулся. И вправду Кирилл давал мне послушать копию диска еще несколько месяцев назад.
Я улыбнулась. За ужином они разговаривали о выходе нового альбома, решали, когда провести презентацию: в конце года или перенести ее на начало следующего. По неизвестным мне причинам релиз пластинки почему-то затянулся. И вправду Кирилл давал мне послушать копию диска еще несколько месяцев назад.
– Тогда решено, – подытожил Кирилл – двадцатого числа. Пресс-конференцию тоже будем устраивать?
– Тогда решено, – подытожил Кирилл – двадцатого числа. Пресс-конференцию тоже будем устраивать?
– Да.
– Да.
А уходя домой, Кирилл обратился ко мне:
А уходя домой, Кирилл обратился ко мне:
– Ваше присутствие тоже желательно.
– Ваше присутствие тоже желательно.
– Мое? – с удивлением переспросила я. – Зачем?
– Мое? – с удивлением переспросила я. – Зачем?
– Сделайте, пожалуйста, так, как я прошу! – сказал Кирилл и так посмотрел: его взгляд был красноречивее любых слов: ответить отрицательно у меня не получится.
– Сделайте, пожалуйста, так, как я прошу! – сказал Кирилл и так посмотрел: его взгляд был красноречивее любых слов: ответить отрицательно у меня не получится.
– Хорошо… – негодуя, согласилась я. – Но в чем дело?
– Хорошо… – негодуя, согласилась я. – Но в чем дело?